Именно потому, что интересы военных обусловили значительный приток ресурсов в финансирование исследовательских работ, проблема инвестиций в этой области в целом стоит менее остро, чем в сфере инвестиций в личностные ресурсы. Хотя исследования должны оставаться в ведении государства, военные нужды (или то, что подается как таковые) способствовали обходу этого прискорбного условия. Обстоятельства, которые обусловили вложение столь значительных ресурсов, а равно получаемые на выходе вооружения сами по себе не облегчают жизнь человека. Однако они ускорили появление множества научных новшеств и достижений. Попытки преодолеть звуковой барьер опираются на существенно более серьезные научные исследования, чем изобретение самого лучшего на свете мыла. Они также имеют большее значение для развития промышленности. В любом случае отсутствие исследований, проведение которых обусловлено нуждами военных и потому финансируется государством, заметно сократило бы скорость технического прогресса в американской промышленности в последние десятилетия.
Как мы уже отмечали, доводы расхожей мудрости необходимо подвергать проверке везде, где только можно. Расхожая мудрость делает особый акцент на то, что наращивание производства товаров – это задача номер один. В обратном убеждает уже тот факт, что, как мы показали, даже в рамках этой задачи размещение инвестиций оказывается нерациональным: инвестиции в исследования достигают приемлемого уровня лишь будучи побочным продуктом развития вооружений, а инвестиции в людей и вовсе не соответствуют критериям рационального. Однако было бы чрезмерным упрощением полагать, что увеличение выпуска товаров – единственная цель инвестиций в образование. У него есть самостоятельная цель – можно сказать, цель высшего порядка. Безусловно, и лошадь получит удовольствие от комфортабельного стойла, гарантированных поставок овса и возможности поразвлечься; не исключено также, что лошади будет приятно чувствовать себя ценимой как минимум не менее прочих лошадей в конюшне. Качество, больше всего отличающее людей от животных (помимо различий, проводимых в богословии), – это желание знать, понимать и рассуждать, а не просто стремиться к материальному и душевному благополучию. Хотелось бы надеяться, что инвестиции в качества, отличающие человека от животных, не нуждаются в дополнительном обосновании. Однако если эти инвестиции не достигают даже того уровня, который необходим для производства товаров, то остается лишь удивляться, насколько они ниже уровня, оптимального для удовольствия и самореализации человека.
Остается рассмотреть один более спорный вопрос, возникающий как следствие сочетания проблем социального баланса в потреблении и равновесия между инвестициями в материальный и личностный капитал.
Как показано в главе 13, процесс создания потребностей является потенциальным источником утраты экономического равновесия. Производство и, вслед за ним, занятость и социальная защита зависят от внутренне нестабильного процесса создания потребительского долга. Однажды система может дать сбой. Ослабление стремления к подражанию или утрата способности создавать спрос может вызвать спад потребления, рост безработицы и потребовать значительных усилий по перестройке экономики.
Независимо от масштаба рисков их можно значительно снизить, обеспечив равномерное распределение нашего потребления, с тем чтобы производство в равной степени удовлетворяло весь спектр человеческих потребностей. Поскольку обычно общественные потребности не приходится придумывать[170], им не грозит опасность не быть придуманными. Поскольку их не продают в рассрочку, они не станут меньше из-за того, что по той или иной причине люди не захотят или не смогут принимать на себя долговые обязательства. Поэтому чем совершеннее социальный баланс, тем сильнее способность экономики противостоять колебаниям частного спроса. Есть и другая, противоположная перспектива. Очевидно, что недалекими людьми проще управлять. Улучшение образования (одно из следствий улучшения социального баланса) вполне может снизить эффективность системы производства новых потребностей и ослабить стремление к подражанию. Эти два фактора наиболее важны при формировании желания обладать незамысловатыми физическими объектами или предаваться столь же незамысловатым видам развлечений, которые не требуют от потребителя никакой подготовки.
Дома, автомобили, примитивные виды спиртных напитков, пищи и сексуальных удовольствий, спортивные зрелища, фильмы – потребителю не нужно заранее готовиться, чтобы получить от всего этого большое удовольствие. Поэтому обращение к широкой аудитории приносит успех, и именно эти вещи и услуги занимают значительную долю современной индустрии создания потребностей. Напротив, потребности, доступные не всем: музыка и изящные искусства, литература и наука, а в некоторой степени и путешествия, – обычно удается развить (если вообще удается) лишь у тех, кто в достаточной степени подготовлен.
