Наша озабоченность производством, по сути, является высшей точкой в процессе действия могущественных исторических и психологических сил, освободиться от которых совсем не просто. Как было показано ранее, высокая производительность позволила нам ликвидировать или облегчить извечные тяготы неравенства и обременительных мер по устранению его последствий. Она легла в основу наших деятельных усилий по снижению экономической незащищенности. Как мы увидим в следующих главах, значение производства поддерживает очень сомнительная, но популярная и усиленно оберегаемая теория потребительского спроса, а также могущественные группы интересов. Наша вера в значение производства как высшей цели столь велика, что первым ответом на всякое сомнение в этой вере будет «А чем же еще можно заниматься?». Наши мысли настолько заполнены беспокойством о производстве, что, случись ему занять более скромное положение, образуется вакуум. К счастью, как будет показано в заключительных главах, другие цели возможны. Но прежде следует разобраться в истоках нашей одержимости производством. Ведь ничто так не демонстрирует лежащие в его основе традиции и социальные мифы, как чрезвычайная условность наших представлений о нем и, в частности, тот традиционный и в высшей степени иррациональный акцент, который мы делаем на различные способы расширения производства всевозможных товаров.
Теоретически есть пять разных способов увеличить производство, или выпуск экономической системы. Их стоит перечислить по порядку:
1) Полнее задействовать наличные производственные ресурсы, прежде всего труд и капитал (включая доступное сырье). Иными словами, устранить простои.
2) Эффективнее расходовать наличные ресурсы, прибегая к наиболее современным технологиям. Привлекать труд и капитал в наиболее выгодном сочетании и размещать их так, чтобы обеспечить максимальный выигрыш, с учетом вкусов потребителей, для производства различных товаров и оказания разнообразных услуг.
3) Увеличить предложение трудовых ресурсов.
4) Увеличить предложение капитала, который дополнительно действует как замена труда.
5) Повысить уровень технологического развития, внедряя инновации. Как следствие, появится возможность увеличить выпуск при заданном предложении труда и капитала, а также повысится качество капитала.
Нет никаких оснований априори предполагать, что какой-то из перечисленных методов эффективнее прочих[100].
Для серьезных усилий по увеличению выпуска надо использовать все пять. Однако, что совершенно поразительно, в рамках экономической науки мы ограничиваемся рассмотрением только одного из этих методов и еще два-три упоминаем между делом.
Таким образом, даже сторонники расхожей мудрости не оспаривают важность технологического прогресса для роста производительности (и, соответственно, выпуска товаров) при имеющихся ресурсах. О подобных достижениях регулярно сообщают с явной и порой неуместной гордостью. Улучшение технологий не происходит само собой. Оно возникает в результате инвестиций в сложные проекты накопления научных и инженерных знаний и навыков. Однако мы почти не предпринимаем систематических усилий, чтобы увеличить эти инвестиции, и делаем исключение лишь для срочных задач, связанных с обеспечением обороноспособности страны. Напротив, мы довольствуемся теми вложениями в технологии, которые уже сделаны, и восхищаемся полученными результатами.
Вместе с тем ясно, что инвестиции могут быть больше, а их размещение – рациональнее. Даже на самый поверхностный взгляд очевидно, что научные и инженерные ресурсы, которые двигают вперед современные технологии, распределены по отраслям в высшей степени неравномерно. В отраслях, где фирм мало и они относительно крупные (нефтяная промышленность, металлургия, автомобилестроение, химическая промышленность, производство резины и резиновых изделий, тяжелое машиностроение), инвестиции в технологическое развитие существенны. Исследования и разработки, от которых зависит прогресс в этих отраслях, хорошо финансируются и носят всесторонний характер.
Но во многих отраслях, где фирм много и они небольшие (жилищное строительство, производство одежды, тканей из природных волокон, сфера услуг), инвестиции мизерны. Фирмы недостаточно велики, чтобы осилить такие вложения в нужном объеме; возможно, для них подобные расходы в принципе неоправданны[101]. Здесь, в отличие от сельского хозяйства, где инновации широко поддерживает федеральное правительство и правительства штатов, государственное финансирование исследований и разработок отсутствует или очень невелико. Однако недостаток инвестиций в инновации в этих отраслях не привлекает совершенно никакого внимания (при том, как мы превозносим плоды прогресса в тех отраслях, где инвестиций хватает). Мы придаем огромное значение тому, что некоторые отрасли развиваются, и почти никакого – тому, что в других отраслях ничего не происходит.
