Однако столь резких нападок на прежнюю уверенность в том, что рост цен и инфляция исцелят сами себя, до сих пор не наблюдалось. Возглавил кампанию Кейнс, обрисовав возможность, а на самом деле высокую степень вероятности уравновешивания экономики энным объемом безработицы. Ученые ухватились за его точку зрения и попытались убедить в ней политиков и общественность. Идеи, что в мирное время цены могут непрерывно и постоянно расти естественным образом, Кейнс не признавал.
Таким образом, сохранилась убежденность, точнее сказать – надежда, что инфляция мирного времени сможет как-нибудь самостоятельно урегулироваться. Это далеко не та надежда, с которой даже консерваторы обретут покой и уверенность. Но в сочетании со столь распространенным в последние годы убеждением, что поведение экономической системы обязано быть благоприятным, а благочестивые люди – хозяева своих судеб, она дает веские основания вечно ждать, не повернутся ли цены вспять сами по себе. Даже либералы, обязанные советовать, пусть и без указания способов предотвращения инфляции, на практике склонны занимать выжидательную позицию.
Эта склонность к бездействию подкрепляется распространившимся еще с 1930-х годов убеждением, что величайшей угрозой для американской экономики является депрессия. И если эта опасность, пусть и смутная, подстерегает где-то за углом, то остается всё меньше оснований контролировать инфляцию. Потому что инфляция в любой момент может закончиться, но последствия экономического краха или – что меньшее зло – появление нескольких миллионов безработных намного страшнее роста цен. Особое сомнение вызывает сознательное принятие мер, которые могли бы спровоцировать эти беды. А некоторые средства борьбы с инфляцией вполне могут сделать это – или на них свалят всю ответственность.
Тем не менее в наше время в ткань социальной жизни всё глубже вплетаются силы, дающие основания превратить инфляцию в проблему, особенно плохо поддающуюся контролю. Из соображений экономической безопасности мы вынуждены поддерживать такой уровень выпуска продукции, на котором экономика уже становится нестабильной, когда постоянный рост цен не только вероятен, но и считается нормой. Средства борьбы с инфляцией, которые могли бы оказаться эффективными, сталкиваются с производственной необходимостью, продиктованной экономической безопасностью. Или же они вступают в противоречие с подходами, подчеркивающими важность экономического роста и свободных рынков для эффективного использования ресурсов. Это противоречие еще и усугубляется – отчасти убеждением, отчасти надеждой, а отчасти верой в то, что его можно избежать. И основным средством, позволяющим сделать это, является манипулирование денежной массой – то, что экономисты договорились называть денежно-кредитной политикой.
Для начала рассмотрим природу инфляции и ее последствия, а затем, в следующей главе, в надежде, которая никогда не была так сильна, как в последнее время, попробуем разобраться, могут ли порождаемые ею противоречия быть каким-то образом смягчены средствами денежно-кредитной политики. Затем мы остановимся на неразрешенном конфликте между другими средствами против инфляции и надеждами, которые мы возлагаем на экономическую безопасность, а также на экономический рост и ничем не сдерживаемые рынки.
Понимание проблемы современной инфляции[141] начинается с основного различия между двумя частями экономики и динамикой цен внутри них. В той ее части, где, как и в сельском хозяйстве, присутствует множество производителей и модель, называемая экономистами совершенной конкуренцией, отсутствует контроль отдельных продавцов или влияние на цены. Здесь цены будут автоматически повышаться в ответ на возросший спрос. На типичном промышленном рынке, торгующем сталью, оборудованием, автомобилями, большинством цветных металлов, химикатами, относительно небольшое количество крупных компаний тем или иным способом пользуются существенной свободой ценообразования. На таких рынках – экономисты называют их олигополистическими – после приближения предприятия к полной загрузке производственных мощностей становится возможным поднимать цены. Акцент тут сделан на слово «приближение». Возможность существует еще до достижения полной загрузки. Тот факт, что к полной загрузке мощностей стремятся все компании, дает гарантию, что ни одна из них, сдерживая других, не захватит бóльшую долю рынка.
