Обширная территория полностью

Джованна внимательно смотрела на белые линии, не понимая, как они могли выстроиться таким образом. Предположив, что в файле ошибка, она запустила программу еще раз и пошла налить чай. Но, вернувшись, увидела тот же результат.

Всё было не на своих местах. То, что получилось, выглядело результатом чего-то другого.

Джованна чуть было не написала Андреа, но стерла сообщение, не отправив. Озадаченная, размышляла об этом деле еще пару часов, пока не стало совсем поздно. Тогда она поставила будильник, выключила свет и приняла снотворное.

Педро приподнял голову. Взгляд не сразу различил очертания нависавших холмов. Рядом две свиньи делили зеленые яблоки, копаясь у его голых ног. Он подтянул одну и сел, опершись спиной о дерево. Земля была усыпана бутылками, которые вели в направлении голоса его отца.

— Давай же, черт побери. — Старик поставил стакан на край стола.

Вечер пах уксусом, мочой животных и зеленью. Они сели и выпили, не глядя друг на друга, слушая шум ветра, который обрывал птицам головы. Отец был уже пьян, и это раздражало Педро.

— Я видел повозки. Медлительные волы. Скрежет камней под колесами. Люди шли как во сне. — Водка как будто не имела вкуса во рту. — И я увидел мертвую. Мою пчелку. — Педро сжал стакан в руке.

— Твоя жена не снесла дихлофоса, она ж была букашкой! Гадина! — Отец хохотал в лицо Педро, который, навалившись на стол, никак не мог его ударить. Руки двигались медленно и уменьшались, он стал вдруг размером с курицу, и ему пришлось удрать, поспешно и неловко подскакивая, и зарыть голову в пыль, чтобы старик не пустил его на суп.

Тогда ему показалось, он был уверен, что слышит Марию: не голос, а словно горячее дыхание, которое доносилось издалека и направляло его. Всё как будто стало осязаемым. Как влажная земля. Как порез, который кровит. Педро оттолкнул окружавшую его темноту и, словно ведомый жаждой, пошел вперед, с каждым шагом оставляя в воздухе отпечаток своего тела. То, что раньше было как будто внутри, оказывалось снаружи. Как эхо этого голоса, который звал за собой, преодолев зыбкую границу его тела. Педро шел, вбирая в себя всё, что встречал под ногами, — насекомых, трупы, корни, перемолотые камни, и разрастался всё шире, расстилаясь под землей белой тенью[8].

— Насколько нам известно, Cryptococcus neoformans вызывает заболевание преимущественно у иммунокомпрометированных людей и в этом смысле представляет собой оппортунистический гриб. Случаи поражения им здоровой иммунной системы редки и были отмечены только в Британской Колумбии.

В 1999 году на острове Ванкувер в Канаде была зафиксирована вспышка заболевания, вызванного Cryptococcus gattii, более сложным и агрессивным грибом того же рода. Массовое заражение зверей и людей в высшей степени странно, учитывая, что средняя температура тела млекопитающих создает неустойчивую среду для большинства представителей царства. От инфекции погибло значительное количество людей, кошек, собак, енотов и других млекопитающих.

Как я уже сказала, описаны только два серотипа этого гриба (В и С), которые попадают в организм при вдыхании спор, высвобождаемых в воздух: нечто вроде болезнетворной пыли, которая вызывает поражения легких и нервной системы. Симптомы инфекции включают сильный кашель и одышку, часто сопровождающиеся ознобом, ночной потливостью, бредом, непроизвольными спазмами конечностей, судорогами, тремором рук и анорексией. Примерно девяносто процентов пациентов заболевают криптококковым менингитом, и менее двух процентов выживают.

Согласно результатам одного из моих исследований, опубликованным в журнале Британского микологического общества, раньше инфекция действительно поражала в основном пожилых людей и людей с хроническими патологиями, но сегодня ситуация изменилась. До 1999 года все случаи заражения C. gattii регистрировались в субтропических районах, главным образом в Австралии, для которой этот вид эндемичен. Однако вспышка в Ванкувере привела к радикальному изменению нашего понимания грибковой инфекции и угрозы, исходящей от конкретного патогена. Это связано с тем, что она продемонстрировала увеличение смертности от C. gattii — ее уровень вырос с 0,94 до 3400 случаев на миллион жителей в год, — а также способность гриба распространяться по континентам и порождать инвазивные вспышки, которые, если их не контролировать, могут перерасти в пандемию.

Объяснение, которое дала этому Академия наук США, связано с повышением температуры климатической системы планеты из-за глобального потепления, а также, в частности, с масштабными монокультурными посевами на территориях, близких к заселенным.

Правительство Австралии было особенно заинтересовано в финансировании исследований, посвященных контролю за этим грибом и его искоренению, поскольку дерево, с которым C. gattii теснее всего связан, так как только на нем его плодовые тела массово достигают зрелости, — это Eucalyptus globulus, австралийский эндемик, обычно называемый просто эвкалиптом.