– Тогда я пойду первым. Скажу, что ты скоро присоединишься к нам.
Я вернулся в столовую как раз в тот момент, когда подавали следующее блюдо – тушеную рыбу Берди. Лия даже обошла стол, чтобы поцеловать ее в щеку и рассказать всем, как много раз она мечтала хотя бы о кусочке, хотя бы о запахе рагу Берди. И едва я уловил аромат еды, как сразу понял, что да, оно было куда лучше стряпни Энцо. Я попросил всех подождать минутку.
– Кажется, я заметил Паулину в конце коридора. Должно быть, она будет здесь в любой момент.
И действительно, через несколько секунд она вошла. Паулина замерла в арке дверного проема – чепец теперь был развязан, а одеяльце с головы ребенка откинуто, и его белокурые локоны заметно проглядывались, как и маленький кулачок, размахивающий в воздухе.
– Всем здравствуйте. Прошу прощения за опоздание. Ребенка нужно было покормить.
Где-то звякнуло столовое серебро.
– Ребенка? – переспросила леди Адель.
– Да, тетя, – ответила Паулина. Она прочистила горло, а затем высоко подняла подбородок. – Моего сына. Хотите посмотреть на него поближе?
В зале воцарилась тишина. Рот леди Адель потрясенно приоткрылся.
– Как это возможно, что у тебя есть сын? – наконец выдавила она.
Паулина пожала плечами.
– Да в общем он достался мне обычным способом, каким пользуются все.
Тетка бросила взгляд на меня и мои волосы, потом на младенца. И я увидел, как в ее голове зарождается страшное подозрение, и уже было собирался поправить ее, но потом не стал. Я решил оставить это Паулине.
Малыш прервал тишину громким плачем.
– Дай-ка его сюда, – велела Берди, протягивая руки. – Уж я-то знаю, как укачать эту сладкую картофелину, чтобы он…
– Нет, – перебила леди Адель. – Дай его мне. У него есть имя?
Паулина пересекла зал.
– Пока нет, – ответила она, передавая сына своей тетке. – Я все еще ищу подходящее.
Леди Адель потрепала младенца по головке и сразу же принялась укачивать его. Тот затих. Тетка подняла глаза на Паулину, поморгала. Рука ее все еще похлопывала ребенка, а мысли, казалось, устремились далеко-далеко.
– Подобрать имя не так уж сложно, – наконец произнесла она. – Мы тебе поможем. А теперь садись, твое рагу остывает. Я подержу его, пока ты ешь.
Смех из столовой было слышно даже через закрытые балконные двери. И его было отрадно слышать. Теперь он стал редким явлением. Однако я знала, что надолго он не задержится. Нас снова накроют тревоги, но на эти несколько часов он был благословенным спасением от охвативших нас забот. За столом наперебой предлагали имена для ребенка. Оррин несколько раз предложил свое. И все же большинство вариантов были взяты из почитаемых историй Морригана. А когда Каден предложил имя Райс, сказав, что оно никак не связано со Священным Писанием, однако могло означать новое начало, Паулина сразу же согласилась, и вопрос был решен. Младенца назвали Райсом.
После ухода Рейфа я выждала не менее пяти минут, чтобы не выдать себя. Мне не хотелось, чтобы кто-то подумал, будто его отсутствие повлияло на меня, пусть в действительности так и было. В помещении вдруг стало невыносимо жарко, и мне захотелось на воздух. После моего тоста он больше ничего не произнес и вообще избегал смотреть на меня, что не должно было волновать меня совершенно. За столом было так много людей, шло так много разговоров, а мы были друг другу… никем. По крайней мере, не более чем двумя лидерами, совместно ищущими спасения для наших королевств.
Дверь за моей спиной открылась, разговоры из столовой ненадолго стали громче, а затем снова приглушились. Дверь со щелчком закрылась.
– Не возражаете, если я присоединюсь к вам? – спросил Свен.
Я приглащающе махнула рукой на перила балкона рядом, хотя на самом деле мне не хотелось никакой компании.
– Пожалуйста.
Это крыло цитадели было обращено к лесистым холмам – тем самым, среди которых мы с Паулиной исчезли несколько месяцев тому назад. Верхушки деревьев черными зазубринами вырисовывались на фоне звездного неба.
Свен вгляделся в кромешную тьму.
– Вам здесь не холодно? – спросил он наконец.
– Что у тебя на уме, Свен? Как видишь, на моих руках нет мурашек.
– Я был удивлен, услышав ваш тост за помолвку короля.
Я вздохнула.
– Да, получилось неловко. Ты, вероятно, заметил. Я подумала, что будет лучше, если прошлое между нами будет позабыто.
Он кивнул.
– Это правда. Наверное, все к лучшему.
Горечь снова поднялась у меня в горле. Я ненавидела, когда что-то было к лучшему. Эти слова всегда означали противоположное, чем было на самом деле. Фраза лишь приукрашивала оставшиеся нам крохи возможностей.
– Тем не менее я все равно удивлена, как быстро король обручился после нашего расставания.
Свен как-то странно посмотрел на меня.
– Вы же понимаете, что у него не было выбора.
– Да, я знаю, ради стабильности его положения.
Его брови пересекла борозда.
– Он отказал множеству баронов, предлагавших ему своих дочерей в
– Должно быть, дочь генерала очень особенная.
– Без сомнения, так и есть. Она…
