Нет, дорогой Дед Тэд, совершенно не снятся. И если я злю хамов вроде вас, то значит, мои советы осмысленные, они правильные. А на каком научном опыте они основываются — ну, «Квартал» не может основываться на научном опыте, потому что «Квартал» — это роман, и человек, который воспринимает его иначе, на мой взгляд, просто еще не вырос из коротких штанишек, простите. А что касается советов литературных, то они базируются на вполне себе научной работе, которой я занимаюсь довольно долго, я все-таки литературу, слава тебе господи, изучал. А вы не изучали, вас это раздражает. Вообще, когда беса крючит, это всегда очень приятно. Начинаешь себя чувствовать немножко ладаном.
«Как вы считаете, Бродский порвал с Мариной, чтобы оставить ее музой? Может быть, в сознании поэта муза не совмещается с женой и семьей? В такой жестокий поступок трудно поверить. Или могли быть другие, более прозаические мотивы?»
Да, собственно, рвал-то не он, это была ее идея.
«Что до меня, то моя невеста пятый год за меня ни с места, где она нынче, мне неизвестно; правды сам черт из нее не выбьет». Жестокие слова сказаны: «Спит она, видимо, там, где выпьет». Да, он довольно жестоко говорил о Марине Басмановой, это нормальная мужская месть. Это вам не Пушкин: «Я вас любил так искренно, так нежно, как дай вам бог любимой быть другим». Но тем не менее продолжал писать ей стихи, но это все было, как вы понимаете, совсем не от хорошей жизни, и более того — совсем не для того, чтобы мы умилялись поэтической его судьбе. Конечно, он в идеале хотел быть счастлив с ней, и может быть, был бы, и может быть, его поэтическая судьба была бы другой. Но вот ничего не поделаешь, ему нужна была такая женщина: «Злую, ветреную, колючую, хоть ненадолго, да мою. То, что нас на земле помучило, и не даст нам скучать в раю», — как замечательно сформулировал небезызвестный, тоже страдавший много от Серовой, Константин Симонов.
«Огромное спасибо за «Записки из «Веселой пиявки», — роман Генкина, — они выпиты крупными жадными глотками. Одна фраза «Его ожидало блестящее прошлое» — универсальный рецепт от любой грусти темной природы. Что вы можете еще посоветовать в жанре последней книги? Не обязательно современных авторов».
Ну, Гэддиса «Agapē Agape», такой роман-завещание довольно серьезный, наверное, «Музыка для хамелеонов» Капоте, совершенно отчетливый роман-завещание. Ну, не роман, а цикл-завещание. Иногда автор пишет последнюю книгу, а потом пишет еще несколько, в основном повторяющих ее. В этом смысле, мне кажется, Лимонов, написав «Анатомию героя», деконструировал себя, а все остальное только добавляет к этому. Это в жанре последней книги, как в жанре последнего фильма выдержан фильм Балабанова «Я тоже хочу». Это определение Любови Аркус. Мне кажется, что и «Бессильные мира сего» — такой роман-завещание у Стругацкого, он явно выражал нежелание что-то после этого писать, хотя, думаю, писал, но просто мы этого не знаем. Можно повспоминать еще.
Да, конечно, «Зубчатые колеса» Акутагавы, безусловно, такая повесть в виде предсмертной записки. Наверное, была такая попытка у Акунина, когда он хотел закончить цикл о Фандорине, написав «Коронацию, или Последний из романов». Но пришлось пойти дальше. Кстати говоря, более поздний Фандорин, Фандорин после этой книги, мне представляется и менее мрачным, и менее серьезным. Хотя другие книги Акунина я ценю весьма высоко. Думаю, что такая прощальная книга — это «Билли Бадд» у Мелвилла. Думаю, что «Автобиография» Марка Твена, конечно, такой роман-завещание, незаконченный, состоящий как бы из кусков.
Ну, обычно же автор всю жизнь готовится к этой книге и оставляет, как Павел Корин, огромный загрунтованный холст. Нужно обладать очень большим мужеством, чтобы написать последний. «Slapstick» Воннегута, «Балаган, или Больше я не одинок». Вот такие вещи. Это не обязательно самое масштабное произведение, оно может быть и маленьким, но самым откровенным. Убежден, что «Старик и море» у Хемингуэя. Потому что все, что было после этого, уже… Может быть, «Праздник, который всегда с тобой», но тоже думаю, что нет. Скорее всего, конечно, вот этот замечательный «Старик и море», ведущий такой.
Ну, прервемся, а потом поговорим о Лиле Брик.
Тут еще несколько вопросов пришли на форум, которые я должен осветить, после чего поговорим о Лиле.
«Как вы думаете, зачем Гоголь написал «Тараса Бульбу»? Вокруг этого произведения ломаются копья. Дима».
