Он услышал, как охнул Фергус. Папа продолжал смотреть на юного эльфа строго и прямо, а тот не мог ничего ответить, только открыл и закрыл рот, глянул на ленту уже не как на змеиную кожу, а как на настоящую ядовитую гадюку. Еще мгновение между ними висела тишина, потом папа, будто вдруг осознав, что натворил, шагнул к постели, сел и раскрыл Иану объятия. Тот подался к нему, не зная, как сказать человеку, что от этой новости не ощутил ровным счетом ничего, кроме парализующего смертельного холода. Сейчас, в свете дня, становилось ясно, что Виенна была права — убивать себя ей было даже не обязательно, она была мертва, едва переступив порог Вызимского дворца, и Иан с большим эффектом мог бы вливать целебные эликсиры в раскрытый рот мертвеца, чем уговаривать ее.
— Прости меня, — папа погладил его по голове, как маленького, не давая отстраниться из объятий, — я не должен был вот так тебе это сообщать. Ты не виноват.
— Я знаю, — тихо и ровно отозвался Иан, потом все же отодвинулся от папы и посмотрел ему в глаза — снова шоколадные, — что теперь с ней будет? — спросил юноша не дрогнувшим голосом, — кто ее похоронит?
Папа нахмурился, пожал плечами. В Вызиме уже много лет никого не казнили, и как быть с той, что казнила себя самостоятельно, он, очевидно, понятия не имел.
— Я хочу сам это сделать, — Иан выдохнул и уже совершенно прямо взглянул на папу, — я хочу похоронить ее по эльфской традиции.
Вернон Роше пару секунд колебался, потом коротко кивнул.
— Делай, что считаешь нужным, — ответил он.
========== Регис: Война и мир. ==========
Вернон Роше был человеком, безоглядно верным привычкам. Ставка его отряда располагалась в большом бревенчатом доме посреди темерских лесов, прежде заброшенном, но стараниями бойцов приведенном в идеальный порядок — насколько вообще можно было навести порядок в подобном месте. Командир делил со своими солдатами стол, кров и нехитрые развлечения, когда на них хватало времени, и воспитывал в людях ту же педантичность, которой обладал сам. Регис наблюдал за ним всего несколько дней, решив заранее прощупать почву, прежде, чем столкнуться с предметом интереса Императора лицом к лицу. И за это время успел выучить нехитрое, но четкое расписание. Командир просыпался до рассвета, тратил непростительно много для его работы времени на утренний туалет — умывался и тщательно начисто брился — проверял свое оружие, хотя накануне, перед отходом ко сну, уже делал это. Одежду и снаряжение Роше держал в чистоте, немыслимой для мест, в которых пребывал, сапоги его всегда были начищены, мундир — избавлен от грязи и дорожной пыли. Однажды Регис наблюдал даже, как человек подравнивал и без того очень коротко остриженные волосы маленькими серебряными ножницами, а после процедуры — собрал темно-рыжие пряди в платок и позже сжег их, словно боялся, что забредший в их края колдун похитит их и наведет на него порчу.
Той же опрятности Роше требовал и от своих подчиненных. Регис знал, что он командовал ими без малого семь лет, и сложно было сейчас представить, как командир вылепил из тех, кто выглядел, как бывший разбойник или спивающийся матрос, настоящую маленькую, но очень дисциплинированную армию. Его люди с тем же тщанием, что и он сам, следили за своим оружием, одеждой и внешним видом. Никто из них не брился, конечно, каждый день, но привычка умываться и чистить сапоги и мечи, казалось, въелась им в кости. Но, помимо этого, Регис никогда, даже в идеально-вышколенной нильфгаардской армии не видел такой человеческой преданности.
Люди не просто подчинялись Вернону Роше — они любили его. Шептались за его спиной, но обменивались слухами, как эльфы рассказывают легенды о героях древности, и Регис прислушивался к этим сплетням, стараясь выцепить из них частички истины, представляющие интерес. Но в основном, это были истории о доблести командира, какие рассказывают, если хотят польстить, и короткие замечания о его личной жизни. Эти подробности Региса не слишком интересовали — он знал правду — но в устах бойцов командир неизменно представал моральным ориентиром, образцовым отцом и тем, кто не стал бы размениваться на случайные связи и походы в бордель.
По крайней мере, так было, пока отряд не поймал эльфку по имени Виенна.