— Когда поправишься, назначу тебе наказание, — ответила Анаис, впуская в свой тон немного притворной бодрости, — заставлю месяц чистить и выгуливать геральтову Плотву.
— Бешеная скотина меня к себе не подпустит, — возразил Ламберт. Он на пару секунд опустил веки, будто разговор выпивал из него остатки сил.
— Придется тебе найти способ, — покачала головой Анаис. Ламберт слегка кивнул, открыл глаза и нашел взглядом Фергуса, притаившегося за спиной королевы.
— Хорошо, что ты добрался в целости, — сказал он ему, и Фергус выступил вперед, чувствуя себя так, словно ему должны были вот-вот вручить награду, которую он не заслужил, — хороший у тебя конь. Ты его береги.
— Ладно, — ответил Фергус хрипло. Он видел, как умирают солдаты, однажды во время одного из визитов в Госпиталь, один даже скончался, держа Рию за руку. Но сейчас все было совсем иначе — ведьмак еще дышал, разговаривал, но это был говорящий мертвец. И каковы бы ни были мотивы тех, кто выпускал в него отравленные стрелы, Фергус почувствовал, как в его груди медленно поднимается злость. Вернон Роше уже отправился по их следам, и принц хотел бы сейчас оказаться вместе с ним, выследить их, поймать, и, может быть, расправиться, не разбираясь. Фергус никогда прежде не сталкивался с желанием отмщения. Его жизнь в Нильфгаарде была проста и понятна, разложена по полочкам, приведена к четкой ясной структуре. Сейчас же в нем словно все перепуталось, смешалось, как краски на грязной палитре, и с новым Фергусом он пока не был знаком. Новый Фергус в иное время, может, даже напугал бы его. Но зато он точно знал, чего хочет. Одной из этих вещей была жестокая месть тем, кто убил этого ведьмака.
— Я зайду к тебе позже вечером, — пообещала Анаис. Она сделала инстинктивный шаг к магическому куполу, но отпрянула, словно ее ударило молнией. Фергус посмотрел в лицо своей спутницы, с удивлением заметив, как у нее дрожали губы, а в глазах замерцала, отражая магический свет, густая влага, — Не вздумай умирать, — проговорила королева и быстро отвернулась.
Она успела быстро смахнуть рукавом слезы с глаз, когда снова подошла к светловолосой чародейке.
— Тебе нужно отдохнуть, — твердо сказала ей Анаис, но женщина лишь покачала головой.
— Магический купол нужно поддерживать постоянно, — ответила она, — иначе он истечет кровью за считанные часы.
— Но, если ты умрешь от переутомления, Ламберту ты этим не поможешь, — возразила Анаис. — считай это моим приказом, Кейра.
Чародейка хотела снова начать спорить, но госпожа Йеннифер вдруг поднялась из своего кресла и неторопливо приблизилась к ним. Взяла Кейру за руку.
— Иди, — сказала она, глянув подруге в глаза, — я подержу купол пару часов, с меня не убудет. Анаис права, двойные похороны — это, конечно, очень экономно, но, боюсь, у меня нет ни одного подходящего платья.
Кейра слабо улыбнулась.
— Да у тебя все платья, как на похороны, — ответила она, и было видно, что чародейка сдалась под двойным натиском, — только пару часов, — сказала она, — смотри, чтобы он не засыпал.
— Я уже много лет, как закончила школу, — отмахнулась Йеннифер, — не надо наставлять меня, как юную ученицу. Нам с твоим ведьмаком есть, о чем поболтать, верно, Ламберт? — спросила она, полуобернувшись к ведьмаку. Тот тихо застонал.
— Прошу, добейте меня, — слабо отозвался он.
Кейра, отпустив руку Йеннифер, пересекла комнату, повела ладонью, опуская магическое поле, склонилась над ведьмаком и коснулась губами его губ, задержалась так на пару секунд, потом, выдохнув, прильнула лбом ко лбу Ламберта.
— В твоих интересах быть здесь, когда я вернусь, — прошептала она.
— Идем, — услышал Фергус тихий голос Анаис прямо над ухом, и словно очнулся, сбрасывая наваждение сцены, которая не предназначалась для их глаз.
Оказавшись в коридоре и отойдя немного от покоев чародейки, королева остановилась и повернулась к Фергусу. Ее лицо снова было собранным и непроницаемым. Некоторое время он смотрела на принца в упор, и тот уже начал подумывать, насколько зазорно ему будет сейчас спрятать глаза под ее пристальным взглядом.
— Ты умеешь фехтовать? — наконец спросила Анаис. Фергус удивленно моргнул. Вопрос был не таким простым, как могло показаться. Конечно, его учили обращаться с оружием, но все это время считалось, что жизненным предназначением принца было вовсе не встречаться с противниками лицом к лицу, а, сидя в штабе, раздавать приказы. Он умел принимать парад и высчитывать риски грядущих битв, знал законы ведения боя и осады, а вот рубить клинком толком не научился. В прошлом году Фергус участвовал в одном из турниров в Туссенте, организованном княгиней Анной-Генриеттой, но тот больше походил на торжественные смотрины, чем на реальную битву. Но сейчас под твердым прямым взглядом кобальтовых глаз королевы принц никак не мог ответить на ее вопрос отрицательно.
— Умею, — признал он наконец, но поспешил добавить, — на тренировочном оружии.
— Сойдет, — бросила Анаис, — за мной.