Меня много раз спрашивали, почему стая диких волков приняла в свои ряды человека. Зачем они связались с существом, которое передвигается слишком медленно, чтобы поспеть за ними, спотыкается в темноте, не особо хорошо понимает их язык и по незнанию проявляет неуважение к вожакам? Естественно, стая понимала, что я не волк и не могу помочь им охотиться, добывать пропитание или защищать их зубами и когтями. Единственный ответ, который приходит на ум, – они поняли, что им необходимо изучить человека не меньше, чем мне необходимо изучить их. Человеческий мир все ближе надвигается на мир волков. Вместо того чтобы отрицать этот факт, они решили узнать о людях как можно больше. Периодически появляются сообщения о диких собаках, принятых волчьей стаей по той же причине. Просто мои волки пошли чуть дальше и приняли меня.
Теперь, когда волки вроде бы расслабились в моем присутствии, передо мной встала новая цель – уйти вместе с ними, когда они снова решат раствориться в тени деревьев. Должен признать, это была не самая блестящая идея из всех, что когда-либо меня посещали. Я легко мог заблудиться, а начнись вдруг охота, не смог бы за ними угнаться. Но я не допускал даже мысли о том, чтобы сдаться сейчас, когда я подобрался так близко, поэтому, едва волки встали и покинули поляну, я пошел за ними.
Сначала мне даже удавалось не отставать. Стояла ночь, кромешная тьма окутывала все вокруг, и как только мы углубились в густой лес, я потерял волков из виду. Мое зрение и близко не могло сравниться с их глазами. На обратном пути к поляне я врезался головой в низко нависающую ветку и потерял сознание.
Когда очнулся, солнце стояло уже высоко в небе, и молодая волчица лизала порез на моем лбу. Я получил в те годы столько ран, но ни в одну не проникла инфекция. Если бы я мог воспроизвести целебные свойства волчьей слюны, то разбогател бы.
Несмотря на то что в висках стучала кровь, я осторожно сел. Волчица подняла с земли оленью ногу с копытом. Немного покатала ее в грязи, похлопала по ней лапами и уронила мне на ногу.
