Основной рецепт свинцовых белил взят из Болонской рукописи, датированной примерно 1450 годом. Рецепт Антонии по использованию альберезских белил появился с помощью Роберта Гэмблина по несколько необычному совпадению. Он читал книгу на эту тему, когда я расспрашивала его о производстве красок. Причина провала белого появилась из замечательных бесед с доктором Грегори Смитом.
Камень Альберезе
Те, кто знаком с геологией Италии и/или виноделием, знают, что камень Альберезе не ярко-белый, а может варьироваться по цвету от коричневато-серого до кремового. У меня был выбор: либо придумать название, которое обозначало бы чисто-белый цвет (как знаменитая галька или коголи из реки Тичино), или изобрести белый цвет, но сохранить название «Альберезе». Я выбрала последнее, потому что мне кажется, что этот скромный камень заслуживает места в романе. Как пишет Пьеро Антинори в книге «Холмы Кьянти», «камень Альберезе сыграл важную роль в истории Тосканы. Его белые прожилки оживляют тосканский пейзаж».
Ультрамарин, описанный Бьянкой
Рецепт ультрамарина взят из манускриптов Жана де Бега.
Колика художника
Колика художника, вызванная отравлением свинцом, не была должным образом диагностирована до девятнадцатого века, но я полагаю, что творческая свобода уместна, чтобы подчеркнуть опасность работы со свинцом и другими ингредиентами, важными для этой истории. В моем родном городе расположены «крупнейшие в мире свинцово-плавильные заводы». У меня есть представление о том, как это повлияло на мою жизнь. Этим все сказано.
Я как можно чаще использовала арамейские или итальянские имена и названия и приправляла текст разговорной речью. Однако там, где такой выбор влияет на понимание смысла, я брала лексику из Иосифа Флавия или простой язык.
По совету Элейн Руффалло я решила поместить картину Альбертинелли в церкви Сан-Микеле-алле-Тромбе, хотя в некоторых источниках упоминалось, что она висела в другом месте. Церковь была подходящим местом, учитывая, что отель, который ее заменил, стоит на площади Санта-Элизабетта. Также стоит отметить, что алебастровые оконные стекла в церкви, скорее всего, были накрахмаленным холстом. Однако алебастровые окна можно было увидеть в более роскошных церквях, и я чувствовала, что эта маленькая церковь заслуживает лучшего.
Чисто инстинктивно мне захотелось назвать Микеланджело Микелем.
Его имя такое влиятельное, а мне нужно было показать его одним из многих художников, представить так, чтобы была понятна дружба с Антонией. Кому-то из ученых, изучающих Ренессанс, это понравилось, кому-то нет. Но мне имя казалось подходящим. Позже обнаружилось, что Лудовико Ариосто со мной солидарен. В «Неистовом Роланде», песнь 33, станца 2, он пишет:
Во времена Антонии в Италии не было принято обращаться к людям так, как многие из нас в англоязычном мире привыкли, то есть синьор и синьора. Например, синьора Оттолини. Историк Анатоль Чикин объяснил мне, что это наверняка была бы Монна плюс имя. Например, Монна Мария. Я долго мучилась. Я сама выросла среди итальянцев и чувствовала, что «синьор/синьора» более знакомо большинству читателей и ассоциируется с ритмом языка, одновременно восхитительным и сразу узнаваемым. Люди редко обращались друг к другу по фамилии. Опять же, уравновешивая глубину и широту романа, пришлось сделать выбор, который помогает передать как известных, так и неизвестных персонажей в произведении ясным и последовательным образом. И надеюсь, что большинство читателей с радостью примут каждого персонажа. Альбертинелли наверняка звали бы маэстро Альбертинелли. Однако я сохранила это обращение для Леонардо и Микеланджело, поскольку Альбертинелли для большинства читателей не так хорошо известен.
«Посещение»
1503 год, Мариотто Альбертинелли
Масло, дерево
232 × 140 см
Инвентарный номер 1890 n.1587
Галерея Уффици, Флоренция
«Обнимающиеся фигуры»
Вышивка начала – середины XVII века
Стеклянные бусины, металлические нити, шелковая нить (подробнее см. на моем сайте)
26 × 28 см
Музей искусства и археологии Эшмола
Описание вышивки
«Обнимающиеся фигуры»
