— Ну чего тут объяснять? Путин давит боевиков в Чечне, и его можно представить жертвой прозападного лобби, которое хочет немедля прекратить наше наступление, чтобы сохранить боевиков. Но сейчас нападки на Путина обернутся народной любовью, что и требуется перед выборами. Похожий финт уже с Лебедем провернули в Хасавюрте, неужто не помнишь? И этот фокус власть держит в рукаве.
Геннадий Свирский с сомнением покачал головой:
— Нет, робята, тут вопрос глубже. Кто назначил Путина своим преемником? Ельцин. Это значит, что Путину разрешено стать героем Чеченской кампании. Именно разрешено! Все с ведома, робята. В результате рейтинг преемника быстро растет, что и требуется Кремлю. У меня был разговор с одним умным человеком, кстати из сенаторов, он все изнутри знает. Так вот, получается, что под прикрытием Путина, бьющего боевиков, власть совершает глубокий тактический маневр: от давнего принижения армии, — солдатики требуются для строительства генеральских дач, и только, — она через Путина дает понять, что перешла к поддержке человека в шинели. Высший пилотаж, извините, камуфляж. Пропаганда решает все!
— А ты, оказывается, ленинец, — подколол Ситкин. — Человек в шинели, он из фильма про Ленина, уж не помню названия.
— Да так фильм и назывался — «Человек в шинели». Но дело не в этом, не сбивай, пусть люди в погонах. Суть-то в том, что Путин начинает делать то, что нравится народу. Что он олицетворяет в глазах народа? Военную силу в Чечне — раз. Национальную гордость победителей — два. А еще, и это в-третьих, — даже сказать страшно! — идею опоры на собственные силы, а не на МВФ. Мессия из России!
— Геннадий, так что же здесь дурного? — удивился Чернов.
— Ты, Гриша, умный-преумный, а суть дела не схватываешь. Мы же с тобой вроде договорились, что преемника назначил Ельцин и что ему разрешили геройствовать в Чечне. Так? И давай называть вещи своими именами: значит, этот Путин всего-навсего марионетка. Что велят, то и делает, им из Кремля управляют. Если что не так, его с полпинка из политики вышибут, сдадут по дешевке, словно стеклотару. Как говорится, жил грешно, помер смешно. — Глубоко вздохнул и торжествующе выдохнул: — Антизападный, жесткий по Чечне курс Путина — это предвыборная политическая игра! Вот он где, главный нерв эпохи!
За столом наступило молчание: слишком неожиданным показался вывод Свирского, его надо было обдумать. Завертелись шарики-ролики и у Анны. Она была далека от политики, но то, что сейчас услышала, так просто и так ясно! Это подтверждение какой-то очень крупной игры, какая идет теперь в России, о чем она много думала в последнее время. Слишком много самых разнородных вестей явилось из Москвы. Третьего дня вдруг раздался звонок по мобильному — с неизвестного номера:
— Анюта, извини, что беспокою... — Она сразу узнала Вальку. — Звоню, чтобы ты знала номер моего мобильника. — И распрощался.
У Вальки появился мобильник... Никакого отношения к большой политике, о которой говорили за столом, этот микроскопический факт не имеет. Но — снова какие-то перемены, во всем перемены, кругом перемены. Значит, рано или поздно они коснутся и ее судьбы... Об этом столько думано-передумано... А по поводу большой политической игры с Путиным — это любопытно.
Постепенно утверждение Геннадия Свирского, что называется, переварили, и посыпались вопросы.
Первым спохватился Ситкин:
— Так игра-то в чем? Чтобы наверняка сделать Путина президентом? Ну и что?
— А то, дорогой Валера, что он станет Ельциным 2.0 и все вернется на круги своя. У моих родителей был садовый участок шести соток, и они знали, что на месте старой выгребной ямы яблони сильнее всего растут — почва хорошо удобрена. Так и здесь будет: Ельцин удобрит, а преемник чудо-фрукт вырастит. И семейно-олигархическая жизнь по-прежнему потечет в кисельных берегах, а военный потенциал России под нажимом сам знаешь кого постепенно сойдет на нет. Известно, регламентный срок наших ракет истекает в 2010 году. Это же целое ведро радости, Валера. У нас с тобой сейчас шоу с попкорном, сидим и смотрим, как наверху сальто-мортале крутят да высчитывают, как на ноги приземлиться.
— Пожалуй, ты прав, — задумчиво сказал Чернов. — Я поначалу не принял во внимание некоторые ну о-очень любопытные факты. Смотри, за Путина со страшной силой жопу рвет — извините, Анна! — даже телеперсонаж в валенках. Помните, изгаляясь над патриотами, Сванидзе вылез на экран в валенках? Так вот, он чуть не каждую неделю берет у Путина интервью на любые темы — от коррупции до миграции — и заделался таким ярым антизападником, что вот-вот газету «Завтра» переплюнет. Я ее не читаю, но суть-то схватываю.
— Погоди, — прервал Вадим. — Так ведь за Путина и Чубайс горой, поговаривают, будто он его кандидатуру в преемники и подкинул. А уж какой Чубайс антизападник — ни в сказке сказать, ни пером описать. Но вдруг Рыжий заделался — кем? Русским националистом!
