Правда, Вальдемар держится иного мнения. Путинскую власть он считает несправедливой, твердит, что она изменила принципам демократии и ничем не лучше той командно-административной системы, с которой он сражался в годы перестройки, повторяет ее ошибки. Кстати, приводит в пример то, что творит Рыжак, ставший генерал-лейтенантом милиции. Да и чего, мол, от нынешней власти ждать, если в ее ядре полно перевертышей из бывших советских бонз. Олигархов ельцинских он приструнил, тут ничего не скажешь. Но на их место выдвинул своих, питерских. Вальдемар в восторгах порицания утверждает, будто вокруг растет недовольство новоявленными душителями свобод из Кремля. Мыслящие люди понимают, что Путин может скатиться к диктатуре, как-никак выпестован в КГБ. Общений у Вальдемара много, должность обязывает толкаться в самом кубле этих мыслящих людей, сиречь антипутинцев. Костя новые воззрения друга воспринимал скептически, однако проверить его идеи практикой жизни не мог. В том кругу, где он вращался, народ специфический, ему не до политики. Поэтому лучше всего этой темы в «Жан-Жаке» не касаться, не мусолить ее. И Костя осаживал Вальдемара, когда тот распалялся по поводу несправедливостей путинской власти.
Да! Однажды был случай. У их столика ненадолго притормозил знакомый Вальдемара, эпатажный парень в оксфордах, которого он не представил. Но Костя услышал обрывок короткого разговора: «Значит, ждем тебя завтра в шесть». Из этого нетрудно было сделать вывод, что у Вальдемара появилась компания единомышленников. Но, в конце концов, это его личное дело, он и в годы перестройки суетился по части борьбы с несправедливостью; противостояние власти, вопрекизм — это его пунктик, по этой части мера и вкус у него зашкаливают, нет цельного взгляда на жизнь. Сегодня, по мнению Кости, политические страсти Вальдемара абсолютно не имеют отношения к реальным событиям — заборный бред. А по работе претензий к нему нет, пашет от души.
Та-ак, теперь хочешь не хочешь, но придется сменить пластинку. В сорокалетний юбилей положено подвести итоги по разделу личной жизни. А на этом фронте, увы, без перемен, уныло, тускло и беспросветно. Жена — не друг сердешный, сыну, женившись на скорую руку, он не ту мать дал и, видимо, его упустил, растет с задатками мажора, в голове сквозняки. Кругом тоска и душевные диссонансы. К сорока годам не изведал настоящей любви. А после сорока подругу жизни найти не просто. Духовные запросы высокие, но выбирать-то не из кого, незамужних после тридцати немного. А те, кто моложе... Ему не повезло. Раньше разница в возрасте особого значения не имела. А теперь иное дело: поколения сменяют друг друга слишком быстро, и у каждого свои правила жизни, порой несовместимые с нравами предшественников. Костя прикинул: те, кому сейчас двадцать пять, входили в жизнь в угаре девяностых. Как их сравнивать с теми, кто всего лишь на десять лет старше? В семье это разные вселенные. Конечно, всегда и во всем бывают исключения. Но как найти свою половинку в нынешнем разрозненном, полном житейских опасностей мире, где люди общаются только в своем кругу — на работе или на тусовках? Сорок лет! Мужчина в соку! Волнения души и тела на пике! Но у него, Орлова, весь пар уходит... нет, не в свисток, а в бизнес. И не ради земных расчетов, не ради прибыли, которую Костя, в отличие от Голубничего, считал вторичным продуктом, а ради профессионального интереса. Наверное, он и вкалывает с таким усердием, с утра до ночи, именно потому, что его семейное счастье не состоялось и он боится раздуть затаившийся пожар души, несбывшаяся надежда продолжает жить в нем, не допуская в сердце другие чувства. Да эти чувства и не стучатся в сердце...
Костя зашел в опрятный гостиничный ресторан, чтобы пообедать. За широким и высоким окном, от пола до потолка, буйствовал яркий цветник, за ним трепетали монистами молодые березки. Эдем! В почти пустом ресторане с поддельными хрусталями люстр было тихо, спокойно, ничто не отвлекало от созерцания своего внутреннего мира. И вдруг, именно вдруг, внезапно, нечаянно, в голову ему пришла простая мысль. А в чем, собственно, дело? Он отказался от ухаживаний за Анютой, потому что она была подругой его близкого друга. Но Вальдемар на ней не женился, а Анюта вышла замуж не по любви. И живет в испанской Марбелье, тоскуя в золотой клетке, чтобы спасти от нищеты родителей. Так в чем все-таки дело? Разве он, Костя, не может хоть завтра вылететь в Испанию, разыскать Анюту и высвободить ее из заключения?
Эта мысль ударила словно током, он даже вознегодовал на самого себя: почему не подумал об этом раньше? Да, все не так просто, остается открытым главный вопрос: как она воспринимает его, Орлова? Он не позволял себе даже мысленно произнести фразу «Любит ли она его?». Но, если по-крупному, он в любом случае обязан дать ей материальную свободу, чтобы она могла выпорхнуть из ненавистной закордонной золотой клетки и сделать свой выбор в жизни.
