Прощались они, точно зная, что могут больше не увидеться. Рауль не позволил себе ни секунды слабости. Он понимал, что за ним непрерывно наблюдают: заслоном командовал Фернандо, прекрасно знавший, кто такие Кабрера, и Раулю казалось, что смотрящие откуда-то из сельвы бдительные глаза пытаются уцепиться за что угодно – объятие, слезу, – что послужит поводом распечь его на следующем собрании. Но Фаусто сам обнял его и пустил слезу. «Береги себя, – сказал он. – Увидимся, когда придется». Вопросы из обычной жизни – куда ты отправляешься? надолго или нет? когда мы снова встретимся? – в сельве не имели смысла. Высвободившись из объятий Фаусто, Рауль возненавидел Фернандо, его осуждающее правоверное присутствие, потому что ему хотелось поговорить с отцом о деятельности городской ячейки и в особенности о подпольных заданиях Лус Элены. Так и не задав ни одного вопроса, он удалился вместе с другими участниками заслона, в том числе Эрнесто, прошедшим курс подготовки в Албании, и проводником. Они шли в паре метров позади команданте Фернандо, сознавая, что во главе их – опытный стратег, отлично владеющий техниками ведения войны, но в ближайшие дни их все равно ждет смертельная опасность. Рауль уже ориентировался в сельве, как будто здесь вырос; колени привыкли к рельефу и больше не беспокоили, и он перестал ходить, глядя под ноги, как в первое время, потому что змей, сказали ему, все равно в жизни не заметишь, пока не наступишь. Лучше уж положиться на волю случая или надеяться, что змея сама уберется с твоего пути.
Военные на вертолетах высадили десант и устроили посты по четырем углам территории размером с большой город, намереваясь снова взять местность под контроль. Функция заслона была проста, как в детской игре, но четыре человека, входившие в отряд, серьезно рисковали жизнью. Их задача состояла в том, чтобы создавать у военных иллюзию, будто герильеро не ушли. Они должны были устраивать засады у рек и атаковать посты, находившиеся, как правило, на высоких точках: это давало солдатам преимущество, но в то же время мешало вести ответный огонь, потому что стреляющий сверху вниз лишен возможности ориентироваться на горизонт и часто попадает в землю. Заслон нападал дважды в день, тратил много боеприпасов, чтобы произвести впечатление многочисленности, перемещался к следующему посту и повторял все сначала. Рауль никогда не бывал под таким интенсивным обстрелом, как тот, что вели военные, раздраженные невидимым противником, и всякий раз ему казалось, что он чудом остался цел и невредим.
Вся операция заняла три недели. Дезориентированные, сбитые с толку, так и не поняв, где находится враг и какова его численность, военные покинули местность. Команданте Фернандо и товарищи Рауль и Эрнесто занялись восстановлением лагеря. Они принимали людей из ближайших селений и договаривались с местными крестьянами. Работа была тяжелая, и Рауль не без оснований полагал, что его активное участие в заслоне и строительстве лагеря заслужат ему симпатии команданте Фернандо или, по крайней мере, успокоят его злость, но на деле все вышло иначе.
Из дневника Соль: