Лиор не ответил. Только попытался сжаться, защититься от вторжения, но ремни не позволили, Рейза не позволил. Его касания становились всё настойчивее, Лиор не привык к такому и невольно напрягался, но Рейза легко подавил ласками его сопротивление и… Лиор охнул от неожиданности, ощутив что — то чужеродное, неприятное в нутрии своего тела.
— Расслабься, это только разминка. Я же должен тебя подготовить, правда? Потерпи, скоро привыкнешь! У моего господина много таких штук, и это не самая неприятная. Давай — ка поиграем с ней, ладно?
Следующие несколько минут Лиор старался ни о чём не думать, ничего не чувствовать. Боль быстро прошла, стыд остался. Ему было и противно, и приятно одновременно, и он снова начал злиться на своего прекрасного палача. А тот наконец прекратил насиловать своего льва и аккуратно избавил его от мерзкой Баронской игрушки. Он погладил спину Лиора, поцеловал его плечо, шею, взъерошил волосы:
— Ну что, хочешь по — настоящему?… «Я дорожу, я весь во вкусе»… Да, ты уже готов, мой горячий перчик, я вижу. «Я просто тебя съем!»
Он искусительно заворковал, и Лиор вскинулся от злости, обиды и унижения. Он закричал так, что Рейза даже отшатнулся от неожиданности:
— Чёрт, сукин сын, да заткнись же ты! Достал своими песенками! Просто избей, или убей, если тебе это доставит удовольствие, только не пой! Меня тошнит от твоего завывания — скулит, скулит… Бред какой-то несёшь, да противно-то как!.. «муси — пуси, сладенький мой»… тьфу! Идиот безголосый!
Он не на шутку разозлился, а Рейза залился довольным смехом.
— Ой, ну что ты, в самом деле! Тебе не нравится, как я пою? Вот странно! А мне говорили, что у меня чудный голос! — Он прильнул к уху Лиора, коснулся мочки языком, а потом на распев протянул, чувственно и эротично: — Я горю, я весь во вкусе рядом с тобой… — И, сладострастно постанывая, пропел: — Я так хочу тебя, мой лев, я так люблю тебя, мой большой, страшный хищник! О, милый, я люблю тебя!
Он снова застонал, и Лиор тут же пожалел о том, что не может видеть сейчас лица Рейзы. Всё это было грязной игрой, он понимал это, но так хотелось поверить в эту ложь хоть на мгновение!
— Говори заветное слово, останови меня! Нет? Это хорошо. Я знал, что ты меня тоже хочешь!
Лиор ощутил, как мягко и властно Рейза завладевает его телом, погружается всё глубже и глубже, покоряет само его естество, его мужественность. Как он укрощает его мощь, в который раз изменяет сознание — пленник снова впал в транс и поплыл на волнах мучительно удовольствия.
…. Он очнулся от сладкой одури, когда Рейза уже вливал ему в рот ледяное вино. Оба едва дышали, но Лиор опять остался неудовлетворённым, это сводило с ума. Рейза без сил опустился на пол возле него и положил голову на банкетку, лаская губами колено Лиора. Некоторое время он молчал, погружённый в свои пьяные ощущения. Наконец он посмотрел в глаза своему измученному невольнику.
— Спасибо тебе, это было замечательно! Мне… мне и в правду было очень хорошо. Ты действительно особенный! — Он погладил, потом поцеловал бёдра Лиора с внутренней стороны, опёрся на его колени и устало поднялся. — Прости, что я не могу позволить тебе излиться. Придётся ещё потерпеть. Я должен тебя наказать, помнишь? Но это не страшно — это скоро закончится. Выполни моё пожелание; назови имя, попроси прощение — и я всё это тут же прекращу!
Он ненадолго отошёл в тень комнаты и вернулся, уже накидывая плащ. Мокрое от пота пылающее тело, золотой дождь и великолепный амулет исчезли под тёмным бархатом, исчезло и страстное наваждение. Лиор равнодушно покачал головой:
— Прекратишь… Конечно. Ты уже решил, как? Отдашь Барону для забавы, или сам всё сделаешь?
— Сделаю что? А, вот ты о чём! Нет — нет, у меня другая идея. Я вот что придумал: я пощажу тебя и отпущу на свободу! Только сделай так, как я хочу. Назови имя! Я уже говорил тебе, мне это на самом деле безразлично. Но я хочу, что бы ты сказал мне, — я подчёркиваю, ты — мне! — хочу, что бы ты сказал, кто подослал тебя. Потом ты упадёшь мне в ноги и будешь просить о милости, а я прощу и пощажу тебя. — Он медленно и устало направился к выходу, обернулся, задумчиво разглядывая закованного мужчину.
— Я не отдам тебя Барону, и ничего плохого тебе не сделаю. Заслужи мою благосклонность, и я прощу тебя. Ты даже получишь кое-что особенное, очень приятное! А потом позволю уйти отсюда живым. Конечно, ты уже не сможешь вернуться к своему Хозяину, ведь ты не выполнил его повеление, да к тому же все будут думать, что ты его предал — кто поверит, что я отпустил тебя просто так?! Но это не важно. Ты будешь жить! Подумай об этом и, когда я вернусь, сделай так, как я того желаю!
