Это был единственный шрам на теле Салазара. Вся его кожа была гладкой, чистой и бледной – статуей, тщательно хранимой от любой беды сначала тихой дворянской жизнью, а позже – гордостью и навыками. Но этот шрам был уроком. Уроком, полученным от лучшего друга. Уроком о том, что дружба, любовь, уважение, мир и взаимопомощь достигаются не насилием.
Люди, являющиеся двумя сторонами одной судьбы, казалось бы, должны были знать друг о друге все. Ну, или практически все. Но даже им шрамы могли рассказать истории, которых они еще не слышали.
Мерлин в этом убедился в один из октябрьских вечеров, когда королева разбиралась с делами на дворцовой кухне и в библиотеке, и двое друзей проводили время до сна, как в старые времена – вдвоем.
- А твои? – спросил у мага Артур, когда сам собой зашел разговор о шрамах. Король блаженно сидел в горячей ванне и едва ли не мурлыкал от удовольствия. Мерлин же беспардонно уселся на королевскую кровать, отдыхая от таскания ведер. На вопрос он поднял голову и растерянно изогнул брови.
- Да ладно стесняться, – дразняще улыбнулся друг. – Мои-то ты наизусть, наверное, знаешь.
Маг еще выше поднял брови, на этот раз от иронии.
- Намекаешь, что я на тебя пялюсь?
Артур ничуть не смутился, потирая мокрыми ладонями плечи.
- На такую красоту пялиться не стыдно, тебя любая служанка поймет.
- Угу, начиная с Гвен.
- Мерлин!
Король весело шлепнул рукой по воде, посылая в друга маленькую тучку брызг. Слуга, смеясь, прикрылся рукавом для виду.
- Нет, серьезно, расскажи. Например, тот, что на лбу справа – откуда?
Мерлин замер, как-то скукожился. Потом его плечи дрогнули. Еще раз.
- Это...я... – выдавил он, давясь смехом, – в детстве...у мамы в деревне...на лопату упал...
Через секунду в покоях зазвучал уже хоровой хохот.
- Мерлин, нет, я знал, что ты неуклюжий, но настолько?!
- Да ее не было, когда я смотрел на дорогу!
- А что ты делал, когда не смотрел на дорогу? Чаек считал?
- Бабочек...
- Пфф, – смешливо фыркнул Артур. – Ну ты и девчонка.
Мерлин сощурился. А потом вдруг подскочил с кровати и, схватившись за рубашку сзади, потянул вверх, чтобы обнажить лопатки.
- Видишь два маленьких шрама? Они рядом.
- Что это?
- Это, к вашему сведению, – маг опустил рубашку и упер руки в бока, – память о первой встрече с вами, сир. Ну, если быть точным, то второй.
Артур не сразу понял, о чем он говорит. Точнее, наверное, не сразу поверил. Потому что округлил глаза.
- Это я, что ли?.. Булавой?
- Ну, булавой-не булавой, – пожал плечами Эмрис. – Может, там и куча вещей, на которые я падал... В любом случае, это прямо печать на память: “Не связывайся с ослами”.
- Да ладно... Я вообще не собирался... И вообще, ты меня спровоцировал тогда.
- Я – тебя?
- В первый раз точно.
- А булава была во второй.
- Мерлин! Не ворчи. Лучше скажи, откуда у тебя на локте шрам.
Маг с удивлением бросил взгляд на свой локоть, скрытый под рукавом.
- А ты откуда знаешь?
- Ме-ерлин, как ты думаешь, за столько лет, которые ты меня раздражаешь своим присутствием, я не мог запомнить пару твоих шрамов? Давай, рассказывай.
Мерлин помолчал. Он придумывал, как описать эту историю, чтобы не выдать себя.
- Я...по дороге в Камелот, тогда, много лет назад, остановился в деревне. На следующий день случилась страшная гроза, и град побил урожай. Жители деревни решили, что я злой колдун и...я еле убежал. Шрам – след от брошенного камня.
На самом деле все было не так. На самом деле он помог незнакомой девочке, едва не свалившейся с обрыва. Магией. И это видел человек, которого не впечатлил поступок. Камень бросил он.
Они помолчали, потому что молчал Артур. Когда он заговорил, его тон был задумчив и серьезен.
- Фанатизм – зло в любом деле. Как я хочу искоренить это в Камелоте. И в Альбионе. Чтобы не было этого линчевания, чтобы всегда был правый суд...
- Все будет, – уверенно ответил Мерлин и ободряюще улыбнулся. – Однажды все будет. – И чтобы расшевелить тишину спросил: – А твои шрамы? Про что они?
В короле включился хвастливый мальчишка. Он улыбнулся.
- Ой, почти все вынесены из боев, я даже и не вспомню про каждый...
- Великий воин, – насмешливо хмыкнул маг. – Ладно, их все равно у тебя не так много, как у рыцарей старой закалки.
- Конечно! – вспетушился Артур. – Я же король. Они получают множество ран, прежде чем враги добираются до меня. Логично, что у них шрамов больше.
- А я-то думал, что ты, как благородный король, всегда сражаешься впереди, – лукаво вставил Мерлин.
Король завис, почувствовав брешь в собственном бахвальстве.
- Подлей горячей, – мрачно приказал он.
Поставив обратно на пол ведро, Эмрис спросил, присмотревшись к руке друга: на внутренней стороне ладони виднелся длинный, тонкий, через всю ладонь шрам.
- А этот откуда? – спросил он.
Артур посмотрел на руку и растерянно поджал губы. Мерлин заволновался. Вдруг он спросил лишнее? Ведь какие-то из многочисленных шрамов друга могли быть и не просто следами боевой удали.
- Это было очень страшно? – осторожно спросил парень.
