Дома Слизерин сложил нужное в сумку и подошел к кровати, чтобы разбудить Коринн, но это не потребовалось. Оливер проснулся первым, открыл глаза, улыбнулся падавшему на постель солнечному свету и принялся елозить, в итоге перевернувшись головой туда, где были ноги. Он стал что-то лопотать сам себе, и Коринн глубже задышала, проснувшись. Увидев уже не спящего сына, она усмехнулась уголком губ и вовремя отклонилась, чтобы мальчик не попал в нее ногой, разгулявшись. Оливер увидел, что мать проснулась, и пополз к ней, и та обняла его, зарывшись лицом в светлые волосы. Подняв глаза от макушки сына, она увидела спокойный взгляд наблюдавшего за ними хозяина дома.
- Ты...не хочешь попробовать поиграть с ним? – предложила Коринн. Сэл мотнул головой, и у его лица закачались длинные белесые волосы, какими грозили стать волосы его сына.
- Нет. Он меня испугается, наверное.
- Нет, он тебя не боится. А если увидит еще раза два – пойдет к тебе на руки.
- Вставай, нам пора.
Коринн согласно закрыла тему, и вскоре и она, и ее сын уже были собраны. Салазар вывел их через задний ход, усадил на в тысячный раз позаимствованного коня (собственно, он уже был практически его, только содержал этого коня сосед на деньги, которые платил Сэл за аренду), и довольно быстро они покинули город.
Поездка длилась несколько дней. В ближайшей деревне Слизерин купил телегу, чтобы было удобнее ехать, а так же дал Коринн деньги, чтобы она одела сына во что-нибудь поприличнее. В Хелве Сэл почти сразу встретил знакомых – Клару с Лилой, их детьми и дедушкой, Сесилию и многих других, кого проводил через земли Камелота. Он не стал расписывать, кем ему приходятся Коринн и Оливер, просто попросил помочь им. И друзья помогли – они посоветовали домик недалеко от их собственных домов на краю городка. Этот домик продавала старуха, уже собравшаяся идти умирать к родственникам. Салазар легко купил у нее дом, добавив сверх цены немного, чтобы противная старуха не задавала вопросов, наложил на него все защитные заклятья, которые знал, магией навел внутри порядок, чтобы Коринн не пришлось это делать самой, сходил на рынок, принеся ей провизии на несколько дней. И собрался уходить.
- Почему бы тебе не остаться здесь жить? – спросила Коринн. – Здесь ведь приют для магов. Все из-за Гриффиндора?
- Уже нет, – качнул головой Сэл. – Все из-за магов. Здесь для них есть приют, а там? Они постоянно оказываются на землях Камелота, пытаясь добраться сюда. И многие не добираются. Я нужен там.
Девушка загадочно усмехнулась, глядя на него.
- Что? – поднял брови он.
- Полтора года назад, когда я уходила, ты был просто камелотским фермером, – пояснила Коринн. – Жил своими перепелками и ни о чем не хотел знать, что творится вокруг. А теперь...ты выбрал сторону в этой войне. Тебе больше не все равно.
- Да, пожалуй, – согласился маг. Пошарил руками в своей сумке и достал мешочек, в котором звякнули монеты. – Вот, это на первое время.
- Не беспокойся, я буду работать, я не стану тебя обременять...
- Это как тебе угодно, работай, если это утешит твою совесть. А я свою буду утешать этим. Я буду вам присылать, а если понадобится помощь – напишешь, хорошо?
Теплым летним вечером в дом Гриффиндоров постучался паролем и с широкой улыбкой, которая в купе с бородой делала его похожим на какого-нибудь доброго праздничного духа, зашел Теодор. Он был не в кольчуге, а в простой темно-синей рубашке с черным желетом, и единственным, что кроме могучей высокой фигуры напоминало о его рыцарском звании, был меч, на эфес которого он опирался рукой.
- Приветствую, – теплым басом поздоровался он. – Как живем?
- Теодор! – обрадованно засветилась Пенелопа, ведь рыцарь заходил к ним теперь довольно редко, и причиной тому была бурная политическая деятельность, развернувшаяся в столице, которая требовала постоянной и бдительной охраны королевской четы. – Рада тебя видеть! Заходи, садись, я сейчас...
- Пенелопа, спасибо, не нужно ничего, я только что поел.
- Так с пылу жару! Остынет и будет не такое вкусное, будешь жалеть.
- Не сегодня, дорогая, я как-нибудь в обед к вам зайду.
Пожалуй, только суровый ифтирский рыцарь мог устоять перед желанием Пуффендуй накормить каждого гостя. Волшебница поджала губы и согласно кивнула:
- Ловлю тебя на слове, имей ввиду.
- Договорились, – кивнул Теодор и сунул руку за полу жилетки. – Леди Кандида просила меня передать вам это, подарок сыновьям. Думаю, Годрик будет в восторге, а, кстати, где он сам?
Пуффендуй не успела ответить, в восхищении приняв подарок – роскошную дорогую алую ткань с эмблемой Камелота, что для пеленок было невероятно щедро. У нее в голове уже завихрилась куча идей о том, какие костюмчики можно сшить для близнецов из этой ткани, руки зачесались чертить выкройку и браться за иглу. Но пришлось пока отложить, а из-за двери в спальню тем временем раздался громкий хохот хозяина дома. Пенелопа приоткрыла дверь, и они увидели, что малыши лежат на небольшом ковре, подаренном Гвиневрой, а отец хохочет рядом.
