Гвен, перебиравшая свою часть документов рядом, тихо посмеялась, а Мерлин, усмехнувшись, придумал план. Он сбежал в Оружейную, где нашел бОльшую часть рыцарей. И скоро в королевские покои заявился с самым серьезным видом Леон, который туманно, но твердо сказал, что присутствие короля немедленно требуется в одном месте. Спустя несколько минут Мерлин и Гвен с улыбками наблюдали, как, выведя ничего не подозревающего Артура во двор, рыцари вдруг напали на него. Несколько удивленных возгласов, а затем долгий, изматывающий, но увлекательный бой с каждым из собравшихся друзей. В итоге Артур вернулся только через пару часов – вымотанный, грязный, взмокший, разгоряченный, зато отдохнувший и готовый дальше корпеть над бумагами. За все годы дружбы Мерлин так и не смог понять, почему это махание мечами доставляет им такое удовольствие, но эффект был налицо. Ему оставалось только помыть, переодеть и накормить мальчишку, именуемого королем.
Таким образом, чудо произошло: в начале июля встреча была подготовлена. И место было выбрано более чем знаменательное, потому что на поле Шелот отгремело много важных битв, а теперь именно на нем должен был быть подписан вечный мир. Это было живописное широкое поле, сейчас покрытое сочной летной травой и окруженное невысокими лесистыми холмами. Довольно быстро там был сооружен павильон, достаточно большой, чтобы его крыша могла закрыть от солнца круглый стол, идентичный камелотскому. Еще до прибытия монархов первыми на нейтральную территорию приехали их посланники и часть слуг, которые успели разбить пышные шатры и установить охрану. Затем начали появляться процессии более значительные.
Те, чьи границы были ближе, появились накануне встречи и успели заночевать на Шелотском поле. Среди них, конечно, была королевская чета Камелота. Гвиневра была в своем солнечно-желтом платье, которое удивительно шло к ее смуглой коже, длинные рукава величественно падали с локтей, а руки до самых кистей закрыли тончайшие бледно-лимонные кружева. Королева особенно хорошо выглядела в этом наряде здесь, посреди яркого летнего луга. Мерлин увязался за ней и скоротал время ожидания за оживленной беседой о полевых цветах и воспоминаниях из деревенского детства. Артур же вместе с Годриком ходили по полю, словно друиды по священному месту, вспоминая рассказы старших рыцарей о бывших здесь знаменитых битвах.
На следующее утро прибыли оставшиеся делегации, и после полудня настал великий момент.
- Ты хоть речь не забыл? – спросил Гриффиндор у Артура, пока сопровождал его к павильону в качестве охраны. На лице короля ничего нельзя было прочитать, как и всегда, однако рыцарь достаточно знал друга, чтобы понимать, как заметить его волнение.
- Я не составлял речь, – ответил Артур, надевая на ходу перчатки.
- Что? – поразился Годрик.
- У меня не получается их учить, а еще больше у меня не получается их писать. До сих пор импровизация была моим лучшим выходом.
- Политики импровизируют... И в этой стране мне придется жить, – хмыкнул рыцарь, но быстро переменил тон. – Все будет хорошо, все получится.
- А если нет?
- Они же здесь, – вставил Мерлин, тоже шедший рядом в составе свиты. – Они здесь, они пришли, и они готовы слушать. Невозможное позади, осталось совсем немного.
- Конечно, – подтвердил Годрик, а затем по-мальчишески улыбнулся: – Пригласи их заодно к нам на турнир в августе. А то у некоторых такие важные лица, что им точно нужно развлечься. Например, Олафу. Я бы ему ужа в одежду пустил, как мальчишки в деревне делают.
- Что точно надо не забыть – это не соединять войска, – мрачно ответил король. – Ибо я не хочу быть ответственным за все, что натворят твои сыновья, когда придут ко мне за Круглый Стол.
Годрик расплылся в ехиднейшей и довольнейшей из улыбок, но отвечать не стал, так как они уже поднимались по ступенькам павильона. Все монархи встали у своих мест за круглым столом. За их спинами поодаль выстроились рыцари и слуги из числа свиты. Мужчины отодвинули королевам стулья, а затем сели сами. Церемониймейстер почтительно приблизился к столу с несколькими слугами, все они поклонились, положили на стол красиво перевязанные свитки и тихо удалились. Незаметно вздохнув, поднялся Артур. Перед ним в своих лучших нарядах сидели Гвиневра, Кандида, Аннис, Баярд, Родор, Аргос, Годвин, Олаф, Бенджамин, Эревард, Дриант и Один.
- Господа. Вы все знаете, зачем мы здесь встретились. Разговор об объединении всех королевств Альбиона в единое целое велся уже какое-то время между теми государствами, которые поддерживают идею, сейчас я поднимаю этот вопрос на собрании всех монархов этих земель, потому что верю, что это единственный путь, по которому Альбион может достигнуть наибольшего благополучия. Я знаю, да, такого союза мы еще никогда не знали. Да, это потребует немалой работы над нашими законами и укладом жизни. Но взамен мы получим море выгод...
- И какие же выгоды могут быть от потери независимости? – насмешливо протянул Один, откинувшись на своем стуле и откровенно наслаждаясь происходящим, словно цирком.
