- Мы не должны быть удивлены, – сказал король. – Она собирала армию неделями. Теперь же, когда Ставелл взят, у нее есть база на нашей северной границе, что означает только одно...
- Она собирается захватить Камелот, – закончила фразу Гвиневра.
- Тогда она уже сделала свою первую ошибку, – заметил Персиваль.
- У нас достаточно времени, чтобы подготовить оборону, – продолжил Леон. – Мы можем выстоять здесь. Какая бы огромная ни была ее армия, Камелот выстоит, цитадель не падет.
Леон говорил с убеждением и верой. Товарищи кивали, слушая его. Однако король не был согласен с этой речью.
- Возможно, – он качнул головой, – а возможно, нет. Ведь мы уже отдали Ставелл. Я не хочу оставлять людей этих земель, пока мы прячемся здесь.
- Но мы можем защитить их здесь, сир, в Камелоте, – возразил Персиваль.
- Некоторых, но не всех, – не удовлетворился Артур. – Бесчисленные мужчины, женщины и дети будут оставлены. Люди, которых я поклялся защищать.
- Мы не можем спасти всех, Артур, – заметила Гвен, – как бы мы этого ни хотели.
Артур помолчал. Рыцари и королева смотрели на него, не совсем понимая, к чему он клонил и какой вариант мог предложить. Идея выдержать осаду в цитадели приходила на ум первой, но ведь она не могла спасти всех, даже в теории. А вот то, что могло...
- Есть один способ, – наконец объявил Артур. – И он единственный. Мы...гарантируем, что она никогда не заберется настолько далеко.
- Мы... – пораженно повернулся к нему Персиваль, – выезжаем и встречаем их?
Гвейн потер рукой в перчатке бородатый подбородок. Леон сосредоточенно нахмурился. Годрик сцепил пальцы в замок, внимательно слушая. Рыцари мрачнели, если было куда.
- Человек на человека, – подтвердил король.
- Но, сир, – осторожно возразил Леон, – Моргана командует тысячной армией.
- Тем не менее, – не впечатлился Артур. – Это наш долг – защищать эти земли. Мы не можем стоять в стороне и позволять нашим людям умирать, это не те ценности, на которых был основан Камелот. – Голос его был спокойным, взгляд – в кои-то веки абсолютно уверенным, и рыцари слушали его, не смея больше возражать. – Какой бы ни был исход у битвы, моя сестра не может и не будет осквернять эти ценности.
Воины склонили на минуту головы. Грандиозные планы были приняты. Больше нельзя было сделать ни шагу назад.
- Началась война, – опустились в повисшей тяжелой тишине слова.
Мерлин принес карты, их разостлали на удобном столе и обступили со всех сторон.
- Чтобы достигнуть Камелота, Моргана не будет иметь выбора, кроме как пересечь Белые Горы, – разъяснил Артур. Положил свиток поменьше на огромную карту и толкнул, разворачивая. Открылась более мелкая карта, карта Белых Гор. – Таким образом, единственное место, где может пройти армия такой величины – здесь.
- Я знаю эти места хорошо, – увидев, куда указывает король, заметил Персиваль. – Этот проход с обеих сторон ограничен скалами.
- Вот где мы встретимся с ними. Мы будем в меньшинстве, но если мы не позволим им обойти нас, то мы удержим проход.
- Как надолго? – спросил Леон. – Моргану не волнуют жизни ее людей.
- Она не может снабжать армию подобных размеров. Не изолированную горами. Если мы продержимся достаточно долго, она будет вынуждена отступить.
Все были согласны с высказанными планами.
- Персиваль, где самое узкое место? – спросил Артур.
- Вот здесь, сир, – Персиваль указал куда-то на карту Белых Гор.
- Как называется это место?
- Камланн, сир.
Мерлин буквально почувствовал, как мир остановился и дрогнул в этот момент. А потом все залило ледяной водой.
- Тогда в Камланне мы и разобьем свой лагерь, – подписал свой смертный приговор король.
Кандида сидела в своем любимом из тайных мест библиотеки едва видная из-за гор книг. Она вся ушла в чтение фолианта у себя на коленях, но все же услышала тихий стук. Не отрываясь, махнула рукой, потому что стучаться сюда могли только те, кто знал о существовании этого места, то есть свои. Магия открыла потайную дверцу, и в комнату зашли знакомые тяжелые шаги.
- Ты же сказала, от этой штуки нет средства? – спросил Теодор, заходя за спину ее кресла, и наклонился, упершись руками в подлокотники.
Когтевран ничего не ответила. При Годрике она, конечно, фыркнула, заявив, что после Джиен Канах магию не восстановить, но, оставшись одна, взялась за книги в своей обычной незыблемой вере, что в книгах всегда и на все есть ответы. Правда, именно из-за книг она была уверена, что Джиен Канах не оставляет надежды, так что Кандида ни за что не признается, что именно Гриффиндор заставил ее задуматься о возможности выхода. О том, что даже если все книги утверждают, что выхода нет, его нужно искать.
- Разве маги и люди отличаются только наличием волшебства? – спросил Теодор.
- Нет, – ответила королева, перевернув страницу. – У магов тело другой организации, но это уже следствие, потому что маги рождаются в том теле, которое предназначено содержать магию.
- Если так, то, может, возможно запустить в тело новую магию?
- И где, интересно, ты ее возьмешь?
