А Мерлину некстати вспомнился тот день – в Ишмире, почти год назад. Когда Мордред попросил посвятить его в рыцари, и Артур согласился, пообещав ему жизнь среди равных. Мерлин вспомнил, как заколотилось у него сердце в тот миг, когда он понял слова Диамайра. Наивность и доверчивость привели короля Камелота к его гибели. Желание верить в друзей стало его проклятьем.
- Я совершил ужасную ошибку, да? – спросил Артур, вынырнув.
- Надеюсь, что нет, – ответил Мерлин.
====== Глава 84. Мы свободные люди, и мы идем на битву.* ======
А октябрь тем временем усердно кутался в туманы, словно желая, чтобы подступающий ноябрь его не нашел. Днем слух выматывали дожди, зато вечером умытое ливнями небо загоралось таким пламенным закатом, что казалось, будто все вокруг объято пожарами. Леса редели и просвечивались насквозь, дороги чавкали, ветер завывал по ночам не хуже волчьей стаи. Народ заканчивал работы в полях и радостно расслаблялся в предвкушении долгой, полной праздников зимы. И слуги во дворце тоже облегченно вздыхали хотя бы из-за того, что птицы, постоянно селившиеся под крышами в башнях, сколько бы их оттуда ни пытались гонять, теперь улетали в более теплые края, и слуги могли наконец отмыть полы и стены в этих башнях и в который раз понадеяться, что весной наглые пернатые не решат снова вить здесь гнезда.
С рыцарями на поле последние дни тренировался Леон, всегда такой неутомимый, а теперь необычно рассеянный. Король вместо тренировок с головой ушел в заканчивающиеся переговоры. Он вообще только ими и занимался и только о них и говорил со дня, как ушел Мордред. Никто не удивлялся – все справлялись, как умели. Мерлин, например, ходил по пятам за своим венценосным другом, ни отходя ни на шаг. За эти несколько дней он ни разу не опоздал с утра и нарочно вечером болтал без умолку, чтобы подольше не покидать спальню друзей.
Вот и сейчас он сидел в коридоре на полу, опершись спиной о стену и задумчиво слушал скрип пера за ней. Он должен был пойти спать еще час назад. Но ему ничего не казалось правильней сейчас, чем сидеть неподалеку от друга и слышать, как тот шелестит бумагами. Только здесь он чувствовал себя более или менее спокойно. Только здесь тревога отступала.
Шелест прекратился. Что-то мягко бухнуло – кипа бумаг приземлилась на стол. Короткий тихий скрип. А потом стук ножек стула, опустившихся на пол. Шаги.
- Мерлин? Какого черта ты тут расселся?
Артур был уставшим и слегка сонным. Мерлин тоже.
- Не захотел уходить, – пожал плечами маг. – Мне что, нельзя хотеть проводить больше времени со своим другом?
- Ради бога, Мерлин, просто иди спать, – раздраженно скривился король. – Ты же мне весь день ныл, что не выспался. Вот и иди, сейчас вообще не до твоих фантазий.
Он зевнул и пошел к лестнице. Никак не отреагировавший Мерлин подождал немного, встал и пошел следом.
Они спустились на первый этаж, и Артур вышел на крыльцо, тонувшее в сиренево-розовом закате. Площадь была пуста в этот час, даже стражники, видимо, пошли в обход, так что никого не было. Поэтому Годрик, сидевший на ступеньках и увидевший друга, не стал вставать, а сидя пронаблюдал, как тот садится рядом.
- Ты-то чего тут делаешь? – спросил Артур, глубоко вдыхая свежий после дождя вечерний воздух. – Почему не дома с близнецами?
- У них зубы режутся, – ответил Гриффиндор.
- И что, боишься, что покусают?
Рыцарь со смешком опустил голову на секунду.
- Они плачут много, капризничают. Пен соседки помогают, так что моя пара рук там только лишняя. Да и нервы у меня ни к черту, особенно когда плачут.
- Кто бы знал, что чтобы обрести железные нервы, надо не сотню битв пройти, а пережить время, когда у твоих детей режутся зубы.
Они так просто, по-дружески разговаривали ни о чем, разглядывая тихий и красивый в вечерних красках город, а к крыльцу тем временем подъехал отряд рыцарей с гонцом во главе. Друзья оба встали. Гонец спешился и с поклоном протянул королю свиток с печатью:
- Письмо от Его Величества короля Бенджамина.
Артур взял письмо, тут же распечатал его и прочитал. По мере прочтения с лица его пропадал всякий намек на сон, уголки губ стремительно поднимались вверх, и в конце концов он с каким-то ликованием и облегчением оглядел всех собравшихся товарищей.
- А не сходить ли нам в таверну, господа рыцари? – вдруг лихо предложил он.
Среди воинов прокатились смешки.
- По какому случаю? – спросил, конечно, заинтересовавшийся Гвейн. Артур помахал в воздухе свитком.
- Последняя подпись поставлена. Альбион готов. С этого момента можете считать себя вассалами громаднейшего в нашей истории государства, с этого момента оно начинает жить! Осталось только назначить официальную встречу, думаю, на том же Шелотском поле...
- С празднествами? – весело прищурился Борс Ганнский.
- Эль и вино, шуты и жонглеры, танцы, пир! – заулыбался Озанна, и рыцари одобрительно загудели.
- Так что там насчет таверны? – нетерпеливо спросил Гвейн.
- Идемте! – махнул рукой Мадор.
- А Мерлин? – поинтересовался Годрик.
