То, что увидел Руд, ему не понравилось. Уже знакомый знак в виде двух скрещенных мечей он заметил на входной двери. Внутри самой халупы не было даже нормального настила. Земляной пол в одном из углов зиял свежевырытой ямой.
Что-то было откопано, а затем брошено в воду. На хозяев, вернувшихся за припрятанным добром, не похоже. А вот то, что в здешних разоренных войной местах орудует отряд воров или, еще хуже, убийц – вполне может статься. Устроили тут тайник с оружием или награбленным, а вчера по какой-то причине решили перепрятать. Да и утопили в озерце. Теперь, если еще где этот знак встретится, надо быть осторожным вдвойне.
Руд прислушался. А девчонка молодец, сама проснулась. Надо было рубашку сразу надеть. И так обсох бы.
– Доброе утро, сатонец.
– Доброе утро, – Руд поднял лежащую на траве одежду.
Он чувствовал на себе ее взгляд. Удивленный, растерянный, вопросительный. Сейчас могли начаться вопросы, ответы на которые он не хотел давать.
Руд надел рубашку, повернулся и встретился взглядом с замолчавшей девчонкой, смотревшей на него широко раскрытыми глазами.
– Это было очень больно? – наконец спросила Эрмитта. Тише, чем обычно у нее получалось.
– Ключевое слово тут «было».
Руд сел на траву, начал раскатывать штанины. Еще несколько мгновений в воздухе висела тишина. Наконец он услышал сиплый голос девчонки, пытающейся быть веселой и бодрой:
– Как водичка?
– Бодрит.
– Стоит нырнуть, как ты считаешь?
Смысл сказанного дошел до него не сразу. Сперва показалось, что она спрашивает мнения, искупаться ей или нет. Но потом стало ясно, что она тоже слышала.
– Хочешь попробовать достать то, что вчера закинули?
– Ага.
– Попробуй.
– А ты иди в дом и не подсматривай.
– Хорошо. Все равно потом будешь ходить передо мной в мокрой рубашке на голое тело.
– Пф… Сатонец, я все равно сегодня видела больше, чем это светит тебе.
– Светит сегодня? Или вообще?
Эрмитта рассмеялась. Руд, как умел, улыбнулся в ответ. Махнул рукой:
– Возле дома тебя подожду. А то мало ли что. Вдруг еще кто сюда надумает заявиться?
– Иди уже.
Как и всегда, он оперся спиной о стену дома, слушая и осматривая окружающий мир. Горизонт был пуст. Кромка леса – тоже. Из озера доносились всплески и фырканья.
Краем глаза он заметил идущую к нему девчонку. Ее заметно потряхивало от холода, но лицо прямо так и сияло. В руках был темный сверток, с которого струйками стекала вода.
– Достала! – Эрмитта, стуча зубами, плюхнула сверток на землю и обхватила себя, пытаясь согреться. – Там, кстати, неглубоко было. Иначе не нашла бы.
Руд развязал тугой узел, откинул края ткани в сторону. Взял лежащий в центре камень и отложил этот груз в сторону. Под ним оказалась небольшая стопка мокрых вещей.
– И это все?! – Эрмитта присела, с отвращением взяла одну из них. – Это что? – девушка растянула в руках маленькую рубашку. – Детское? – Просунула палец в широкий порез, растерянно посмотрела на молчащего Руда. – Что это такое?! Это же…
– Разрез от ножа.
– Что же это выходит?
– Именно то, о чем ты подумала.
– За что их?
– Вот за это. На обмен идет все, что…
– Заткись, пожалуйста.
Девушка встала, положила вещь обратно в общую кучу и завязала узел.
– Заберем с собой. Лучше закопать там, в лесу, чем оставить их тут.
Руд в ответ только молча кивнул.
Полдень давно миновал, но прохлада, на которую рассчитывал Руд, заходя в Дорленский лес, так и не пришла. Хоть солнца временами и не было видно из-за густой листвы, порой образующей настоящий живой потолок, кругом стояла влажная духота. По всей видимости, где-то рядом были болота и дневная жара стремительно испаряла влагу.
«А еще, говорят, что в этом лесу чрезвычайно вкусный воздух», – вспомнились ему слова девчонки, перед тем как они вдвоем переступили черту, разделяющую владения заброшенной деревни и лес. После утренней находки это была первая фраза, брошенная Эрмиттой. Видимо, она старалась отвлечься от своих мыслей после увиденного. «Он даже сладкий. Как будто вдыхаешь ягоды или фрукты».
Нет, точно не в этом месте.
Вероятно, еще и потому, что они изначально идут по окраине леса. Не углубляются в центр, а стараются выйти на открытое место по краю. Если это, конечно, можно назвать краем. Где-то правее, скорее всего, и воздух сладкий, и чудеса всякие водятся. А здесь – как бы не угодить в топь.
Идущая впереди Эрмитта остановилась. Подошедший Руд увидел длинный неглубокий овраг, рассекающий шрамом мягкое тело земли.
– Прыгаем вниз? – девчонка посмотрела на него.
– Думаю, да. Можно было бы идти вдоль него и искать подъем на той стороне или выйти к концу оврага. Но, если он слишком длинный или там дальше не будет удобного спуска, придется возвращаться назад. А тут невысоко. Можно спрыгнуть и действовать дальше по ситуации.
– Тогда прыгаем и идем налево?
– Да. Будем придерживаться окраин.