Лехтэ встала, сделала шаг. Оглянулась, будто ожидала за спиной кого-то увидеть. Но там, естественно, не было ни души. Тогда она вытянула руку и некоторое время ее разглядывала. С удивлением, словно первый раз в жизни увидела. Потом вздохнула глубоко и подумала, что пора, пожалуй, возвращаться домой, в Тирион. Как дела там?
Лехтэ вздрогнула, нахмурившись. Вероятно, корабли Нуменора как раз пристали к берегам Амана. Или вот-вот пристанут. Пожалуй, надо спешить.
Но зачем ей спешить и куда, и что она будет делать, приехав в Тирион, она и сама не могла бы сказать, если б кто спросил. Но спрашивать было некому.
Лехтэ медленно подошла к Сурэ, обняла за шею, прижалась щекой крепко-крепко, и умный конь в ответ тихонько заржал. Словно вел разговор. Или подбадривал.
Оглянувшись назад, Тэльмиэль посмотрела на стены Мандоса. Они уже не казались страшными, как совсем недавно, но унылыми и безжизненными. Обыкновенными. И при мысли о тех, кого там оставила, при мысли о муже, накатила грусть. Но другая. С этой тоской было можно жить. Она то и дело напоминала о себе легким покалыванием внутри, в самом сердце, в глубине фэа, но уже не давила, не сводила с ума. Не душила безжалостно.
Опустивши голову, все стояла и стояла Лехтэ. Довольно долго. А потом подняла взгляд, обратившись к востоку. И нахмурилась.
— Я вернусь! — пообещала, бросив вновь прощальный взгляд назад, на стены темницы. И взлетела на коня легкой птицей.
Пора возвращаться.
========== 4. Беда разразилась ==========
Возвращаться пора, и ничего ты с этим не сделаешь, не попишешь. Как река течет вперед, оставляя саму себя позади, роняя по дороге прозрачные слезы-капли, так неслась теперь вперед Лехтэ. Или назад? Ну, это смотря откуда и как считать. Живые должны думать о живом. Вот так. Жестоко. Так птица в поднебесье летит, оставляя позади лиги, оставляя часть своей души. Сдаться, лечь на землю, свернуться клубком и уснуть куда как легко. А ты попробуй выживи, когда сердце разбито, а впереди не видно ничего, за что стоило бы зацепиться и к чему хотелось бы стремиться. Это гораздо труднее. И чем-то напоминает мужество. Самую малость.
Лехтэ ехала по ущелью, любуясь теми самыми красотами, о которых вспоминала ночью. Надо, непременно надо будет вернуться сюда. Быть может, с братом. Вернуться и полазить, осмотреть тут все до последнего камушка. До чего заманчиво! Впервые за долгие годы, за тысячи лет, в глазах Лехтэ загорелся огонь. Конечно, еще лучше было бы приехать сюда с мужем. Живым. Но, увы, это нереально. По крайней мере — пока. А это значит, что надо выстраивать ситуацию, а вместе с ней и всю жизнь, исходя из имеющихся на руках данных. Исходя из возможностей.
Конь легко, стремительно бежал вперед. Вот закончилось ущелье и начались луга. Прямая стрела тропинки летела вперед, указуя путь. От оков и тьмы Мандоса к жизни, к свету. В Тирион.
Лехтэ притормозила, остановив коня, и в этот самый момент позади раздался грохот. Обвал? Да нет, не похоже. Будто… будто бы великаны переговариваются на непонятном для простых эльдар языке.
Налетел резкий порыв ветра, растрепав волосы, и опять ей послышалась в ветре этом чья-то речь. Лехтэ бессознательным движением убрала их и вдруг подумала, а не связано ли это с валар? Или майяр? В конце концов, много ли они знают о Стихиях? Да полно, много ли они знают о самих себе?
Лехтэ тряхнула головой и вновь пустила коня.
Мягкие, ласковые травы серебрились, клоня пушистые головы под порывами ветра, волнами убегая вперед. Впереди показался Лориэн, и Лехтэ, нахмурившись, стиснула зубы. На этот раз она не дрогнет! Ни за что на свете.
Перейдя на шаг, Сурэ, чуть храпя, пересек границу. С первого взгляда казалось, будто ничего не изменилось. Все так же, как прежде, наползал туман, а в воздухе витал сладковатый запах. Все так. Другой, наверное, была сама Лехтэ. Ни трепета фэа, ни дрожи в сердце. Ничего похожего на этот раз не было.
Как странно все же. На протяжении жизни с разными мыслями приезжала она сюда, с разными чувствами и ожиданиями. И всегда Лориэн был иным, не таким, как прежде. Веселый и страшный, равнодушный и жалостливый. Каждый раз она находила для себя что-то новое. И быть может, действительно невозможно место это исследовать до конца?
Вот запела в траве камышовка, и Лехтэ невольно остановилась послушать. Как странно, до сих пор с утра она нигде не слышала птичьего пения. Замолкли, словно перед бедой.
Вздрогнув всем телом, Лехтэ обратила взор на восток. И ей показалось, будто из-за гор наползал туман. Или в небесах отражалось нечто? Эфемерное, призрачное. Паруса в небе в отсветах пламени. Реальное или нет? Может, чья-то шутка? Что она предвещает?
Сердце вдруг зашлось в беззвучном плаче, фэа словно обдало холодом. Сейчас сделает короткий привал, чтобы Сурэ мог отдохнуть, и дальше в путь!
***
Конечно, можно было проехать еще чуть-чуть, пока не покинут Лориэна, и отдохнуть там. Но зачем же? Она не сдастся!
