Когда она добралась до вершины, ноги горели от усталости, но времени перевести дух, а тем более отдохнуть, не было. Она остановилась у последнего окна, выходившего на западную сторону собора, где толпы людей, высыпавших на улицы, были не столь многочисленны. Все взгляды были прикованы к Палаццо Медичи, а значит, никто не обращал внимания на бесстрастный фасад собора.
Никто не заметил, как Сарра Непи высунулась из крошечного окошка с самодельным арбалетом в руках, тщательно прицелилась в купол собора над головой и выстрелила.
Стрела пронеслась по воздуху, волоча за собой тонкую веревку. Загнутый и тупой наконечник стрелы был предназначен для того, чтобы цепляться за предметы, а не протыкать плоть, но за последние несколько недель у нее было не так много времени, чтобы как следует испытать свое изобретение…
Конец веревки, все еще привязанный к арбалету, задрожал, а затем провис. Стрела зацепилась за купол. Она потянула веревку, сначала осторожно, потом все сильнее.
Веревка держалась прочно.
А затем она принялась карабкаться вверх.
«Мы хорошенько все подсчитали, синьор».
Джакомо сдерживал улыбку, проходя по коридорам первого этажа Палаццо Медичи, стараясь не приближаться к гвардейцам, попадавшимся ему на пути. Он не слишком верил в артистические способности Халида, ведь до вчерашнего дня тот считал, что Джакомо зарабатывал на жизнь
В перерывах между уроками рукопашного боя во время своего торопливого инструктажа Халид рассказал Джакомо, как пройти через Палаццо, встретив на своем пути как можно меньше любопытных глаз. Джакомо слушал вполуха, в миллионный раз пытаясь вырваться из железного захвата Халида, его мышцы буквально лопались от
Они сделали все, что могли, с вымокшей в речной воде униформой Халида, однако времени было недостаточно, чтобы тщательно подогнать ее по фигуре Джакомо. Понадобилось несколько часов, чтобы просушить форму перед очагом, а затем быстро зашить прорехи, образовавшиеся во время схватки с гвардейцами, и теперь костюм был вполне пригоден для маскарада, если, конечно, никто не заметит, как сильно были подвернуты рукава, а в ремне проделано дополнительное отверстие, чтобы штаны не спадали. Пока все шло по плану, это не станет проблемой. Не
От этого «должно» зависело очень многое. Джакомо вспотел от волнения, думая об этом.
Он свернул с лестницы на последний этаж. Если на первом этаже толпились слуги, лакеи и гвардейцы, которые с ног сбились в преддверии пира, то третий этаж предназначался исключительно для членов семьи. Сюда допускались только гвардейцы высшего ранга или те, кто имел особые полномочия. Это означало, что ему придется вести себя тихо, двигаться быстро и надеяться на удачу.
Джакомо ровно и уверенно ступал по ковру, устремив взгляд куда-то вдаль. Попытка проскользнуть незаметно только привлекла бы к себе лишнее внимание. В конце коридора он повернул направо, не заглядывая за угол, как это сделал бы дежурный стражник, и облегченно вздохнул, обнаружив, что коридор пуст.
Это был залитый солнцем коридор, по обеим сторонам которого располагались окна. Те, что справа, выходили во внутренний двор, который под присмотром нескольких привилегированных слуг с суровыми лицами стремительно превращался из великолепного архитектурного шедевра в
Где-то вдалеке открылась дверь, и кто-то торопливо выскочил в коридор. До Джакомо донеслись громкие мужские голоса, прежде чем дверь снова захлопнулась. Мгновение спустя из-за угла выпорхнула девочка-подросток в униформе служанки, лицо ее было бледным и вялым, глаза опущены в пол. Джакомо распрямил плечи, когда она прошмыгнула мимо, сжимая в руках пустой серебряный кувшин, но девчонка не удостоила его и взглядом. Еще через мгновение она исчезла, спустившись по лестнице для слуг, и Джакомо снова остался один.
