Ограбление Медичи [litres] полностью

– Мы отмечаем в книге время, когда какая-то повозка въезжает в город, – сказал капитан Сантини. Его спина казалась неестественно прямой. В своих мечтах он словно уже начищал до блеска трилистник герба Медичи на своем мундире. – Этот кучер должен был отметиться у одного из моих людей.

– Тогда мы быстро все уладим! – воскликнул Джакомо. Капитан Сантини прямо-таки просиял, и Джакомо широко улыбнулся в ответ. – Вперед, капитан!

Капитан Сантини с готовностью распахнул дверь караульного помещения, увлекая за собой Халида и Джакомо. Внутри все выглядело столь же неприглядно, как и снаружи, и Джакомо пришлось побороть приступ клаустрофобии, когда сырой, прохладный воздух сдавил его со всех сторон. Они с Халидом проследовали за капитаном по короткому коридору, не обращая внимания на злобные взгляды городских гвардейцев.

– Капитан, – прошипел один из стражников. – Вы разрешаете слугам Медичи спокойно расхаживать даже в нашем собственном караульном помещении?

– Не припомню, чтобы интересовался твоим мнением, – отрезал капитан Сантини. Он с извиняющейся гримасой взглянул на Джакомо. – Разумеется, представители семьи Медичи всегда здесь желанные гости. В конце концов, они попечители этого города. Все, что вам нужно… все что угодно…

Если этот человек будет и дальше лизать его сапоги, Джакомо просто вывернет.

– Вы истинный патриот!

Они остановились перед грубо сколоченной дверью.

– Здесь наш архив, – сказал капитан Сантини, протискиваясь внутрь. – Немного терпения, я все найду…

На мгновение Джакомо с ужасом подумал, что капитан подавился собственным языком, но тут заметил, как Халид стиснул запястье Сантини.

– В чем дело… – только и сумел пискнуть капитан.

– Сначала он, – прорычал Халид. Это был самый низкий, самый пугающий тон его голоса – Джакомо не раз приходилось слышать его в Генуе, и он знал, какой жути он мог нагнать на человека.

– Простите, капитан, – сказал Джакомо, проскользнув мимо него в комнату. Где-то в коридоре за его спиной капитан Сантини медленно осознавал происходящее, что-то испуганно бормоча, но Джакомо не удостоил его взглядом и принялся осматривать помещение.

– Вы должны понимать ситуацию, – сказал Джакомо. Его глаза скользили от одной стены к другой, впитывая каждый дюйм унылого пространства. Неудивительно, что капитан Сантини мечтал о работе на знатных вельмож, живя в подобных условиях. Скрипящие деревянные полки, шаткий стол, одинокое оконце – все это навевало воспоминания о чем-то знакомом, холодном и сыром, бередя давно зажившие раны, оставленные ужасом. – Его Святейшество захочет знать, что мы сделали все возможное, чтобы убедиться в правдивости этих записей. Я, конечно, доверяю вам, но я должен лично заверить Медичи, что справился с задачей без… посторонних. – Его речь была сложной и путаной, поэтому Джакомо еще раз повторил фразу «вы должны понимать», чтобы смысл сказанного точно дошел до капитана.

– Отлично, – сказал капитан Сантини, и его рука обмякла в стальной хватке Халида.

Джакомо беспечно улыбнулся.

– Замечательно. Это эти записи? – Он указал на раскрытый зеленый журнал в кожаном переплете на столе рядом с чернильницей и пером. По нелинованным страницам расплывались размашистые письмена, а на полках громоздилось еще множество таких же журналов. Капитан Сантини кивнул. – Спасибо, капитан, – сказал Джакомо. – Скоро мы оставим вас в покое.

Кресло скрипнуло, когда он опустился в него, подвинув журнал ближе к солнечному свету. Под этим углом надпись выглядела более разборчивой: нацарапанные буквы ползли по бумаге под наклоном, словно пытаясь вырваться на свободу.

Фермер Ломбарди. Повильо [10]. Меркато-Веккьо [11]. 27 тюков сена.

Торговец Строцци. Карпинетти. Палаццо Пацци. 42 рулона шелка.

Это был подробный отчет о каждом крестьянине, купце или торговце, въезжавшем в город, о том, что у них за товары и куда они их везли. Настоящая золотая жила. Джакомо нетерпеливо перелистывал страницы, чутко прислушиваясь к происходящему у него за спиной. Очень скоро Сантини, окончательно обезумев от ужаса под взглядом Халида, поднимет шум.

Вскоре удача улыбнулась Джакомо: пять страниц спустя он обнаружил след своей добычи – торопливые каракули, нацарапанные, судя по всему, неразборчивым почерком капитана Сантини.

Виноградарь Бартолини.

Кортина [12]. Палаццо Медичи. 22 бочки .

Выхватив перо из чернильницы, Джакомо как можно тщательнее переписал информацию в маленький блокнот из своей сумочки на поясе.

– Это все? Это то, что вам нужно? – спросил капитан Сантини.

– Почти, капитан, прошу, еще чуточку терпения, – успокаивал Джакомо. Записи мелькали, пока он перелистывал страницы, останавливаясь лишь, чтобы записать информацию всякий раз, натыкаясь на слова «Палаццо Медичи». Фермеры, ткачи, купцы, сыровары… все они перекочевывали в блокнотик Джакомо, где строчка за строчкой превращались в потенциально полезные в будущем сведения.