Ограбление Медичи [litres] полностью

Лоскуты ткани, отделявшие рабочее место Микеланджело от остальной части мастерской, практически не давали возможности уединиться. Солнечный свет, проникающий через открытые задние двери, четко обрисовывал силуэты художника, его посетителя и незаконченную мраморную скульптуру, а бодрый осенний ветерок доносил их слова до любопытных ушей. Роза устроилась на незанятой скамье, наполнив кувшин вином, и поставила на поднос два кубка, попутно прислушиваясь к разговору.

– …если вы будете присутствовать, – говорил кардинал Медичи. Даже когда полоски ткани раздувались от сквозняка, его профиль оставался неподвижным, словно скульптурой был он, а не незаконченная работа Микеланджело.

Микеланджело был не столь сдержан. Он стоял, сцепив руки за спиной, переминаясь с ноги на ногу. Роза заскрипела зубами, борясь с желанием шепотом подсказать ему ответ.

– Я не знал, что нужно отвечать на приглашение, – сказал Микеланджело.

– Ну что вы, друг мой, – сказал кардинал, и его тон едва заметно потеплел. – Вы знаете, что мы всегда рады весточке от вас.

– И все же, – сказал Микеланджело. – Я думал, если Медичи о чем-то просят, то это необходимо исполнять.

– В столь непростые времена проявления поддержки важны как никогда.

– Тогда я непременно приеду, – сказал Микеланджело. Неужели он расправил плечи? – В знак поддержки.

– Вы слишком разбрасываетесь временем.

Слова принадлежали Розе. Держа поднос в одной руке, а кувшин в другой, девушка отбросила полог и вошла в святилище Микеланджело, замерев на пороге.

– Ах! – воскликнула она, присев в глубоком реверансе. – Ваше… Ваше Высокопреосвященство!

Подняв глаза, она увидела, что кардинал Медичи обернулся к Микеланджело с едва заметным удивлением на лице.

– Я удивлен, – сказал он. – Не знал, что вы терпите… компанию женщин. Даже если это слуги.

Микеланджело наблюдал за Розой сквозь пелену паники. Она почти различала, как напряглась кожа под его непослушными кудрями. Еще немного, и художник потеряет самообладание, а Розу отправят из мастерской прямиком на виселицу.

Однако Микеланджело был тем, кто воплотил свои мечты о демократии в мраморе и выставил их перед ратушей на всеобщее обозрение.

– Моя племянница, – объяснил он, казалось, спустя целую вечность. – Роза.

Наконец-то. Роза распрямила спину.

– Для меня огромная честь познакомиться с вами, Ваше Высокопреосвященство, – воскликнула она. – Прошу простить мою бесцеремонность. Я увидела вашу карету и подумала, что вам и моему дяде не помешает освежиться. – Она поставила поднос и кувшин на верстак.

Кардинал Медичи мрачно наблюдал за ними, пока Роза наполняла кубки вином.

– Вы никогда не упоминали о племяннице, Микеланджело.

– Дочь моей… моей сестры. Из деревни.

– Я приехала только в этом месяце, Ваше Высокопреосвященство, – сказала Роза с обворожительной улыбкой. Она подала кубок кардиналу, а затем вручила Микеланджело его кубок. – К сожалению, мама и дядя Микеланджело не были особо близки, но я с радостью ухватилась за возможность познакомиться с ним. И увидеть этот город! Я с детства слышала рассказы о Флоренции!

– М-м… – Кардинал Медичи разглядывал ее поверх своего кубка. Она улыбнулась еще шире. – И что вы теперь думаете о нашем прекрасном городе, синьорина?

Микеланджело жадно глотал вино из своего кубка. Роза наступила ему на ногу.

– Это не похоже ни на что, что я когда-либо видела, – восхищенно выпалила она. – Я и не представляла, что в целом мире может быть так много народу! Соборы, площади, дома – я просто не могу поверить своим глазам!

На губах кардинала Медичи заиграла улыбка.

– Ваш дядя потрудился все вам здесь показать?

– Ну… – замялась Роза.

– Я был занят, – проворчал Микеланджело.

– У дяди было много работы, – согласилась она. – Но я немного изучила окрестности.

– Стыдись, Микеланджело. – Кардинал Медичи отставил свой кубок. – Притащил сюда девушку из деревни и запер в Сан-Никколо? Она почти не видела Флоренции. – Он с мрачной решимостью кивнул ей. – Вы с дядей придете на обед в Палаццо. Тогда и увидите настоящую Флоренцию.

Роза задохнулась.

– В Палаццо Медичи? Я?

– Уверен, Его Святейшество будет рад с вами познакомиться, – сказал кардинал Медичи. – Я знаю, что он хотел тебя видеть, Микеланджело.

Микеланджело с такой силой стиснул челюсти, что удивительно, как у него не раскрошились зубы.

– Конечно, – сказал он. – Если Медичи чего-то просят…

– Да, да. – Кардинал Медичи встал. – Мы с нетерпением ждем вас. На следующей неделе?

– Когда пожелаете.

– Прекрасно. Благословляю вас обоих. Синьорина Роза, я с нетерпением жду скорой встречи с вами.

Она сделала еще один реверанс.

– Благодарю вас, Ваше Высокопреосвященство. Для меня это большая честь.

Он милостиво кивнул.

– Микеланджело, – сказал он. – Проводи меня.

Полог, закрывающий вход, взметнулся, и он грациозно выплыл в мастерскую, Микеланджело следовал за ним по пятам.

Роза помедлила, глядя, как алая мантия удаляется к выходу. Она вспомнила об охваченных пламенем крышах и разжала кулаки, прежде чем ногти успели прочертить кровавые царапины на ладонях.