– Совсем образование в королевском дворце скатилось! – простонал человечек. – А все реформы! Как началось с короля Людовика, который вдруг решил, что девочкам много не надо, так и покатилось. Вначале принцессы языки иностранные перестали учить, потом история факультативом осталась, а теперь и травы забросили. Через сто лет будете обычными куклами в бантах и рюшах! Оракул, надеюсь, я не доживу до этого!
– Я считаю, что образование для девушки очень важно, – почему-то решила я оправдаться перед незнакомцем.
– Вот-вот, – согласился он. – Ладно, видимо, судьба моя такая, учить вас! А я ведь помню королеву Лилию. Что за женщина была! Все травы в Миттиноре знала. А зелья варила! Потрясающие! А принцесса Шейла – под ее руками все само росло и распускалось!
Это была очень интересная информация, и в другой раз я бы с удовольствием послушала про королев и принцесс, но время шло.
– Извините, мне надо идти. Меня ждет его величество, – и наклонилась, чтобы сорвать три любые травинки, находившиеся рядом.
Человечек скривился.
– Это не борник, и тем более не алтын со златоцветом! Посмотри внимательно! Они из тех, что снимают боль, окутаны желтым мерцанием. А тебе нужно белое!
Я сощурила глаза и присмотрелась – а ведь и правда: цветы подо мной сияли желтым. Чуть в стороне росли те, что окружало фиолетовое и серое свечение. А вот белый я упорно не видела.
Человечек досадливо цокнул языком. Он пробежался по саду и вернулся ко мне со скромным букетом: желтые звездочки, вишневая шишечка на золотистом стебле и бледно-зеленая травинка с круглыми листьями.
– Держи, принцесса. Первый и последний раз.
– Спасибо! – пробормотала я, принимая драгоценный подарок.
– Спасибо, – передразнил незнакомец. – Завтра я буду занят, а вот послезавтра в одиннадцать буду ждать тебя здесь. И только попробуй опоздать!
– Но…
– И куда королевский двор катится? – проговорил человечек и исчез.
Я недоверчиво посмотрела на букет в своих руках. Неужели это правда златоцвет, алтын, борник? Прищурившись, заметила, что воздух вокруг травинок словно прихвачен изморозью. Как интересно.
Но времени на раздумья и удивление почти не осталось, и я поспешила по дорожке к выходу и оказалась уже в знакомом королевском саду. Здесь было также красиво, вот только небо застилали сероватые облака, а сыроватый ветер наводил на мысли, что к вечеру пойдет дождь. Я вновь посмотрела на свой букет. Может, я действительно в другом мире побывала?
– Леди Лана, – сказал подошедший ко мне король.
Я и не заметила его.
– Я бесконечно рад…
Мужчина запнулся. Его взгляд застыл на моем запястье, где красовался сине-фиолетовый единорог. Король поспешил улыбнуться и, забирая букет, прикрыть меня своей спиной, чтобы я смогла опустить рукав.
– Златоцвет, алтын и борник, – прошептал он.
Больше его величество ничего не успел сказать, потому что дверь за его спиной открылась и к нам присоединилась Нора. Графиня ежилась так, будто пришла не из мира солнечного света, а из заснеженной долины. А еще через некоторое время появилась и Ария.
Испытание прошли все, кроме Вейны, которая ошиблась с одним цветком. Уже сегодня вечером герцогине предстояло покинуть королевский дворец и вернуться к себе домой на солнечные берега, омываемые теплым голубым морем, население которого никогда не слышало про цветок со странным названием «Ирис».
Меня же съедал вопрос: я одна общалась со странным человечком или другие невесты тоже? Но задать его я так и не решилась.
Со своей стороны я сделал все, чтобы Лана не справилась.
Во-первых, я отбросил все испытания, задуманные Ивоном, и предложил провести то, через которое проходили настоящие избранницы Оракула, отмеченные знаком. И даже для них поиск трав в Саду королевы был непростым заданием.
Во-вторых, я наложил заклинание на чашу, чтобы Лане достался самый сложный набор. Эти травы обладали редкой способностью прятаться, зарываться под чужие листья или же притворяться другими растениями.
«Ей помогли, – думал я, рыская по саду в поисках хоть какой-то зацепки после окончания испытания. – Кто?»
Но тусклый безликий сад смотрел печальными глазами поникших цветов. Меня всегда удручала перемена, произошедшая с ним, ведь я помнил времена, когда Сад цвел и благоухал.
В тот день я вошел в него, таща раненого принца после битвы при Ледяном ущелье, чтобы найти здесь плачущую королеву Виту. Тогда она поняла все без лишних слов: если один из ее сыновей остался живым, значит, второго больше нет. И ей было горько и тяжело это принять, даже несмотря на то, что Энек превратился в чудовище.
Пока королева Вита ухаживала за наследником, я потрясенно озирался вокруг, недоумевая, как такое количество красок могло уместиться на столь небольшом клочке земли? Будучи Тенью, я привык воспринимать мир таким, каким видел его из своих сумрачных «владений»: более сдержанным, блеклым, пожалуй, даже мрачным. Цветы, искрящиеся воды и парящие в воздухе огоньки поражали и пробуждали чувство неловкости, будто я зашел в магазин женской одежды – красиво, но хотелось поскорее сбежать.
