Я посмотрела на себя, стоявшую внизу. Мама виновато развела руки в стороны, мол: я не виновата, так получилось. Некоторое время она смотрела на нас, прикрыв рот ладошкой, и я уверена – улыбалась. Убедившись, что на нас никто не смотрит, Мира робко помахала ей.
Затем Светлана Владимировна попыталась что-то изобразить жестами. К сожалению, я ничего не поняла. Оглядевшись по сторонам, мама стремительно пробежала по дворику, спряталась под балкон и тихо заговорила:
– Лина, у вас все хорошо?
– Да, мамочка! А у тебя?
– Нормально. Где вы?
– Мы в местной Академии. Учимся.
«Где же Рэм, когда он так нужен?» – думала я, кусая нижнюю губу и осматриваясь по сторонам, благо, что другие люди вернулись в «зал ожидания».
– Учитесь?! Ты? – сказать, что мама была удивлена, значит – ничего не сказать.
Мира едва заметно одернула меня.
– Вы леди Лина? – спросил подошедший мальчик-паж.
– Да.
– Вам просили передать. – И он протянул мне записку.
Я развернула листок и прочитала три предложения, написанные ровным аккуратным почерком: «Уезжайте. Срочное дело. До встречи в Академии».
«Нет! Только не сейчас!» – хотелось закричать, и я чуть не расплакалась от досады.
– Позвольте проводить вас, леди, – тем временем сказал паж.
Я виновато посмотрела на маму, лицо которой виднелось в щелочке между фигурными столбиками. Она кивнула и улыбнулась.
Нас проводили до знакомой кареты, которая в свою очередь довезла нас до Академии. Всю дорогу я и Мира беззаботно хохотали и радовались, будто с наших плеч свалился тяжеленный груз. Оставалось только поменяться местами и вернуться домой! Где же Рэм, когда он так необходим?
До конца вечера магистр так и не появился. И на следующий день я не увидела его ни в коридорах, ни в деканате. Меня же ждало обязательное занятие у целителей, где я и еще несколько мужчин вначале прослушали лекцию о самых популярных лекарственных травах и правилах работы с ними. А затем учились делать настойку для лечения единорогов.
Мы сидели в теплой светлой оранжерее, благоухающей ароматами нероли, папоротника, тимьяна, аниса, лемонграсса и, немного одурманенные запахами, старательно химичили. Как ни странно, мне нравилось. Я представляла себя ведьмой, варившей зелье в котле, правда, вместо котла была обычная колба, временами я зловеще улыбалась, представляя, какая гадость в итоге получится.
– А зачем это все нужно? – спросила я, смешивая в пробирке капли полыни и подорожника. – Причем здесь вольнослушатели и единороги?
– Вольнослушатель – это общий курс, к сожалению, без конкретной специализации. Вам понемногу описывают специфику каждого направления, – пояснил магистр Крап. – Я просто обязан познакомить вас с процессом изготовления нескольких препаратов на случай, если кто-то из вас решит устроиться помощником целителя по закупкам или по хозяйственной части. И так как лекарства для людей разрешено делать только целителям, вольнослушателей учат готовить настои для зверей. И поверьте, сделать настойку для единорога – дорогого стоит! Он очень капризный зверь. И если какое-то лекарство подходит для его лечения – можно смело использовать на другой живности! У вас, кстати, отлично получается, леди Лина.
Он взял мою работу и принялся рассматривать ее на солнечных лучах.
– Чистая, без посторонних примесей. Надо же! Честно говоря, хоть эта настойка и состоит из самых простых ингредиентов, но сделать ее с первого раза получается у единиц. Жалко, что в вас нет ни капли магии, леди Лина, – посетовал магистр. – А то я бы забрал вас к себе на факультет. – И мужчина игриво подмигнул мне.
Затем он извлек из недр своего стола пузырек, перелил в него содержимое пробирки, наклеил на него какую-то бумагу, а потом торжественно вручил мне.
– Не знаю, пригодится она вам или нет, но можете смело ее применять!
Довольная столь неожиданным результатом, я рассмеялась. Сомневаюсь, что мне когда-нибудь понадобится настойка для лечения единорогов, но впервые в жизни, не считая танцев, преподаватель меня хвалил. И я убрала пузырек в карман пиджака, собираясь сохранить его на добрую память о своем маленьком успехе.
На обратном пути из оранжереи в общежитие я столкнулась с магистром Вольфом.
– Извините, а где магистр Рэм? – спросила я декана.
– Он отбыл по неотложным делам. Распоряжение поступило из дворца. К сожалению, больше я ничего не знаю.
Честно говоря, мне не понравился ответ декана. Дурное предчувствие робко высунуло «голову» из своего укрытия в глубине моего сердца, которое отчего-то тревожно забилось. Но будни Академии не давали холить и лелеять неприятное ощущение.
Напуганная встречей с драконом, я не отважилась пойти на стадион ночью, а бегала там на закате вместе с боевыми магами, которые устраивали между собой соревнования: кто самый быстрый, прыгучий, ловкий, и чей «зверь» агрессивнее.
Однако я не смотрела на них. Весь вечер я украдкой поглядывала на небо. А когда вернулась в общежитие, то перед тем, как лечь спать, вновь посмотрела в окно. Но дракона сегодня над Академией не было. И дурное предчувствие вновь проснулось, встрепенулось и стало монотонно грызть мои внутренности.
