А вот леди Олии среди избранниц не наблюдалось. Не появилась она даже тогда, когда двери в зал закрылись, а леди Кира приготовилась объяснить последнее испытание.
– Извините, что случилось с герцогиней? – спросила я.
– Ох, милая, к сожалению, леди Олии нездоровится, – ответила Главная фрейлина, – будем надеяться, что она присоединится к нам позднее.
Я знала, как искусно умела врать придворная дама, и потому заподозрила неладное.
Не могла «невеста» пропустить собрание, где должны были объяснить детали последнего испытания. Только если ее отравили – в чем я очень сильно сомневалась, или… если ее подозревали в отравлении, но в это я отказывалась верить.
Я вспомнила нашу первую встречу с герцогиней, когда меня поразило ее «поцелованное солнцем» лицо. Затем – девушку в карете, больше напоминавшую воительницу на колеснице. Нет. Я была готова поспорить на что угодно – Олия всадила бы мне свой меч в сердце, но не применила бы яд.
Но если не она, то кто?
Я мрачным взглядом окинула собравшихся девушек – стоят, волнуются, даже «ледяная» Нора покраснела от нетерпения. Такие красивые, смущенные… желающие, чтобы конкуренток осталось как можно меньше. Все они – вместе с Олией – были заинтересованы в том, чтобы меня не стало. По крайней мере, так думала я.
– Итак, леди, – сказала Главная фрейлина, – ваше второе испытание заключается в том, чтобы сделать Оракулу преподношение или, если вам так будет понятнее, подарок. Это испытание самое древнее из всех существующих. По легенде, оно появилось, когда наследный принц – второй из династии Нордонов, взошедший на престол, – женился. Его невеста, находясь в храме, положила цветок на саркофаг короля и королевы. Тот вспыхнул голубым пламенем и обернулся первой искрой Оракула. Из нее вышли духи почивших монархов и благословили выбор сына. Когда король заключает первый брак, духи Оракула приходят к претенденткам во сне или в качестве озарения, показывая невесте, что бы они хотели от нее получить. В вашем случае это может быть что угодно. Мы не ограничиваем вашу фантазию…
– К чему все эти глупости, леди Кира? – неожиданно спросила побледневшая принцесса Ария. – У меня все сильнее складывается ощущение, что происходящее – просто спектакль!
– Ваше высочество, вы бросаетесь обвинениями в сторону короны? – спросила леди Кира. – Вы понимаете, какими могут быть последствия?
– Да, леди, – ответила Ария, голос которой едва заметно дрожал. – Надеюсь, что корона также это понимает. Я готова понести накасание са свою дерсость, но…
– Но?
– Но прежде пусть леди Лана покажет свои руки. Я хочу убедиться, что они чисты, а то, снаете, слухами семля полнится.
Ария смотрела на меня. Я же чувствовала себя крайне неуютно под ее пронзительным взглядом. Деваться было некуда. Леди Кира что-то растерянно говорила, когда я закатала рукава своего светло-голубого платья.
Девушки ахнули. Принцесса горько усмехнулась.
– Я выхожу ис этой игры. Передайте его величеству, что он расочаровал ме… жителей Солнечной долины. Боюсь, больше он на нашу помощь рассчитывать не может. А я… я несамедлительно покидаю дворец.
И Ария направилась в сторону выхода. Нора и Данна немного помедлили, но затем пошли за принцессой.
Я и леди Кира остались в Малом парадном зале.
– Я предчувствовала… знала, что с этим Отбором будут одни неприятности! – причитала Главная фрейлина. – Какой ужас! Еще никогда династия Нордонов не пятнала себя скандалом! – А затем женщина вспомнила, что не одна: – Милая, вы только не нервничайте. В конце концов, на все воля Оракула. И вашей вины здесь нет. Идите к себе и отдохните… Право, никогда такого не было. Скандал в королевском дворце.
Мне ничего не оставалось, как последовать ее совету. Вернувшись в комнаты, я ничего не смогла придумать лучше, чем начать бродить от одной стены к другой. В голове крутилась фраза леди Киры о том, что в королевском дворце никогда не было скандала. И вот он – первый, а я его причина.
Измерив шагами спальню вдоль и поперек, я легла на кровать. Я чувствовала себя одиноко и тоскливо. Очень хотелось, чтобы рядом оказался кто-то сильный, решительный, кто развеял бы все мои тревоги и подарил уверенность в завтрашнем дне. А еще я с горечью осознала, что думаю совсем не о короле.
А затем я забылась тревожным сном и вновь оказалась в темном коридоре. Слева и справа от меня, как и прежде, тянулись ряды разноцветных дверей. Я подошла к ближайшей и дернула за ручку – она не поддалась. Тогда я повторила действия из предыдущего сна – заглянула в замочную скважину.
Я увидела Лину, вернее, себя, с незнакомым молодым человеком, очень походившим на архимага. Они о чем-то приглушенно разговаривали.
Во второй скважине я рассмотрела Миру. Дочка лежала в кровати, гладила крылатого котенка и, как всегда, читала.
Заглянув в третью, я обнаружила за ней Олию. Девушка сидела на кровати в комнате без окон. Яркий свет давали яркие шары, висевшие по углам. Рядом с герцогиней стояли Ивон и Грэхем. Сердце радостно подпрыгнуло при виде… я покраснела, как девчонка.
«Это недоразумение», – говорила Олия, проводя ладонями по щекам.
