Океан на двоих полностью

Мы слышали стоны, кажется, узнали ее голос.

Алекс вышел подышать. «Это еще надолго», – сказал он.

К ней разрешили войти только кому-нибудь одному. Я умирала, как хотела быть там, но уступила Миме.

Мы съели мерзкий сандвич и прочли глянцевый журнал, купленный в киоске в холле.

Узнали, что Лори заканчивает карьеру певицы, узнали о существовании Микаэля Вендетты.

Тут послышался плач младенца. Сердце чуть не выскочило из груди. Долгожданный! Поняли, что это еще не наш.

Мима уснула с приоткрытым ртом, привалившись головой к стене.

Я считала ее посапывания.

Мы увидели, как две женщины вошли в палату.

Отметили, что обратно они не выходят.

Мы слышали подбадривания, какие-то хрипы.

Мы взялись за руки.

И услышали слабое мяуканье.

Вышел Алекс, катя перед собой прозрачную колыбельку.

Мы увидели маленький носик, крошечные ручки, длинные ресницы.

Так мы познакомились с Сашей.

Я должна быть счастлива.

Сколько лет я жила одной надеждой. Я перенесла лечение, обследования, разочарования, я думала, что у нас никогда не получится, что мы никогда не станем родителями.

Я пережила чудесную беременность, которую омрачал только страх потерять его. Я полюбила его в ту самую секунду, когда узнала, что он поселился во мне. С каждым новым УЗИ мое сердце все больше наполнялось любовью.

Я считала дни до его рождения, обманывала нетерпение, украшая детскую.

Я представляла себя безмятежно спокойной мадонной с младенцем на руках.

Я должна быть счастлива. А мне хочется сдохнуть.

Я вымотана.

У меня болит грудь.

Я все время плачу.

Я беспокоюсь, когда он срыгивает и когда не срыгивает, когда у него твердый стул и когда стула нет, когда плачет и когда не плачет, когда долго спит и когда не спит.

Мне так хочется обрести безмятежное спокойствие, которое рисовалось мне в мыслях.

Я комок тревоги и отчаяния.

Я слышу его плач.

Алекс уже вышел на работу.

Агата просовывает голову в дверной проем.

– Отдыхай, я им займусь.

Я не хотела ей говорить, что мне плохо, но Алекс не сумел придумать ничего лучше, чтобы мне помочь. Она бросила свой отпуск в Испании и приехала ко мне.

Даже при ней мне не удается делать вид, что у меня все хорошо.

Впервые я ее не опекаю.

На следующий же день она потащила меня к врачу. Он говорил о послеродовой депрессии, прописал мне лекарства.

Я вышла оглоушенная.

Я не должна быть в депрессии.

Я только что родила ребенка и должна быть счастлива.

9:34

– Чур, я первая! – кричит Агата, влетая в дом Мимы.

Она бегом поднимается по лестнице в душ. Обычно я ее обгоняю, но ради последнего дня оставляю победу за ней.