— Сие нам запрещено свыше, — отрезал Дубасов.
Все офицеры мрачно насупились. Первым, глядя в небо, как бы размышляя вслух, начал мичман Персин:
— Между прочим, лейтенант Макаров на «Константине» недавно под Синоп ходил…
— Знаю, — оборвал Дубасов.
А мичман продолжал:
— Рогуля сидит в Плоешти, а наш «адмирал» еще целую неделю будет рекогносцировывать Средний Дунай. Вы, Федор Васильевич, остались за него. Вам и решать.
Дубасов долго молчал. Все ждали. Потом лейтенант натянул сапоги, надел сюртук, застегнулся на все пуговицы, насадил фуражку, встал и только тогда сказал:
— До ужина корабли привести в готовность. Потом командам спать. Ночью рекогносцировка.
— Зачем? — вмешался Никонов. — Вас могут обнаружить. Спугнете. Давайте я со своими ребятами сплаваю и уточню. Но пойдемте кто-нибудь со мной.
— Не надо, — ответил Дубасов. — Не спугнем. Турецкие мониторы пока только береговой артиллерией пуганы, но по опыту прошлой войны боятся минных заграждений. Обойдемся.
Ночью после рекогносцировки все четыре катера вышли кильватерной колонной. План был такой: первым нападает «Царевич», его поддерживает «Ксения», «Джигит» идет на помощь в случае неудачи. «Царевна» — в резерве.
Ночь выдалась не очень темной. В разрывах туч показалась луна, и на серебристой ряби реки обозначились силуэты трех кораблей. По сравнению с прошлой ночью они спустились ниже по течению и растянулись. Их трубы дымили — значит, команда держала пар на марке. Никонов оказался прав: рекогносцировку наверняка заметили и неприятель усилил наблюдение. Перестраиваться для одновременной атаки на два корабля было поздно.
Труднее всего доставалось «Царевне». Катер был самым быстроходным, но для увеличения тяги в топке часть отработанного пара отводилась в дымовую трубу. Катер громко пыхтел и выбрасывал клубы пара вверх. За время сближения с неприятелем «Царевна» пять раз стопорила машину, чтоб поднять в котле пар.
Шестаков вел «Ксению» близко от «Царевны» и вот услышал голос Дубасова:
— Иду в атаку. Поддерживай!
«Царевна» дала полный ход, и по реке покатились тяжелые вздохи. Когда до монитора осталось сажен сто, минер, сидящий на носу в железной будке, похожей на суфлерскую, опустил в воду шест с миной. С монитора донесся оклик часового. Дубасов крикнул в ответ:
— Сизим адам! — Так, по рассказам Никонова, отвечают часовым: «Свой человек».
Ответ озадачил часового, и катер прошел еще саженей двадцать. Снова оклик — и снова такой же ответ.
Когда до монитора осталось менее полусотни сажен, грянул ружейный выстрел. На палубе сразу возникли силуэты людей, комендоры спали возле орудий. Дубасов направил катер к корме, рассчитывая успеть войти в мертвую зону кормового орудия. Был слышен стрекот шестеренок механизмов наводки пушки, гортанные команды и глухой щелчок. Осечка! Корма монитора надвигалась на катер. Стали видны поручни, лохматые головы комендоров, припавших к прицелам. Снова щелчок. Опять осечка. Дубасов перекрестился. Как невероятно, дико повезло! И вдруг «Царевну» подбросило, тотчас на нее обрушился водопад. В небо взлетел столб дыма, по катеру застучали обломки. Полузатопленная «Царевна» дала задний ход.
— Пустить эжектор! — скомандовал Дубасов.
Минер на носу, залитый по пояс, отчерпывал воду ведром. Громыхнула желтая молния запоздавшего выстрела, на миг осветила окрестность. Дубасов успел заметить, что из кожуха машины торчат ноги майора Муржеску, который сам вызвался пойти на катере.
Снова сверкнуло и грохнуло. Это выстрелило носовое орудие монитора, снаряд взорвался далеко за «Царевной». Из машины донесся сдавленный крик Муржеску:
— Скоро… скоро сдэлаю!
Послышался стон и ругань механика, лязг металла. Увидев, что минер и матрос схватили винтовки, Дубасов крикнул:
— Отставить! Всем откачивать воду!
С палубы монитора, казалось, прямо в лицо, брызнули ружейные выстрелы.
Мимо «Царевны» тенью, рассыпая из трубы оранжевые искры, прошла «Ксения» и ткнулась носом в борт монитора, заведя ему мину под киль.
С «Царевны» было видно, как сквозь палубу корабля рванул в небо столб дыма, а из-под днища, вспучившись, на «Ксению» навалился бугор воды, закрыв ее пеной до трубы. Волна от взрыва чуть совсем не утопила сидящую по планшир в воде «Царевну». «Ксения» беспомощно плыла по течению. Кусок реи монитора с обрывком такелажа свалился на катер, обрывки намотались на гребной винт и лишили «Ксению» хода. Сейчас разведчик Нефедов, посланный Никоновым, спустился в воду, освобождал винт, остальные отстреливались из винтовок и револьверов.
Желтые полосы света рвали темноту. Картечь хлестала по воде возле тонущего корабля, где уже барахтались турецкие матросы.
Наконец с «Царевны» донесся свист, затем запыхтела машина. Это заработал, откачивая воду, исправленный майором эжектор. «Царевна» избавилась от воды и направилась на помощь к «Ксении», но там уже очистили винт.
