Хмурые лица вождей, стоящих в кругу, подтверждали, что Большая Челюсть точно передал их настроение. Совет Мело, похоже, запоздал, подумал Арминий. Я рискую потерять все.
– Ты говоришь правду, – согласился он, придавая нотки покорности. – Скорбь совершенно поглотила меня. Я слишком много пил. Этим утром Мело сказал мне то же самое. Услышать подобное от вас еще тяжелее. – Он посмотрел на вождей, встречаясь с каждым взглядами. – Ни одна капля вина не смочит мои губы, пока не завершится эта летняя кампания, клянусь вам в этом.
– Твои слова радуют мое сердце, – сказал Большая Челюсть. Остальные одобрительно загомонили, и даже Тощий слегка кивнул Арминию. Он их еще не потерял. Пока не потерял. Арминий вознес горячую молитву Донару: «
– Я хочу сказать, что вы… мы не можем сидеть и ничего не делать, – продолжил настаивать он. – Если не будем действовать, Германик станет нападать на одно племя за другим, пока не сотрет нас с лица земли. Согласен, что у нас недостаточно сил для прямого столкновения с римлянами – я тоже не глупец, – но мы должны как-то ответить. Если не сделаем этого, империя нас проглотит. Тогда наша участь – жить с римской сандалией на шее, как галлы и другие племена, а император навсегда запустит руку в наши кошели. Вы этого желаете?
Арминий понимал – еще есть угроза, что вожди не последуют за ним. Он смотрел в их глаза. Сердце его стукнуло дюжину раз, потом еще десяток. Во рту пересохло.
– Я не желаю становиться рабом Рима, – сказал наконец Большая Челюсть. – Мои воины будут сражаться вместе с тобой.
К удивлению Арминия, следующим его поддержал Тощий:
– И мои.
После его слов заговорили все разом. Вожди не кричали от радости – учитывая неравенство сил, это было неудивительно, – но на их лицах читались настрой и решимость. Они будут рядом с Арминием в предстоящей борьбе.
Ему пришлось нелегко, но теперь его сердце пело.
Погода стояла хорошая. Тулл с Германиком и большим отрядом легионеров и конников отправлялись из лагеря армии к месту засады Арминия. Но потом, словно ниоткуда, в небе появились серо-черные облака, сулившие грозу. Приближающееся ненастье разворошило в глубине памяти яркие ужасные воспоминания. Поневоле казалось, что боги наблюдают за ними, как в те страшные дни. «Тогда они, сложив руки, взирали на то, как мы бьемся за свои жизни, – с привычной горечью думал Тулл. – И видели, как почти все мы погибли…»
Чье-то покашливание вернуло его к действительности, и он оглянулся через плечо. Позади маячил, сверля его пристальным взглядом, один из штабных Германика – не тот, который провожал его на аудиенцию.
– Имперский наместник ждет!
Тулл посмотрел мимо него на Германика, который действительно ждал, но не проявлял нетерпения. Там же находился Цецина, а также Стертиний, Туберон и почти все легаты и трибуны армии. Всякий, занимавший более или менее ответственный пост, желал быть в числе первых посетителей места сражения. Не считая Германика, Тулл не дал бы ни за одного из них и ломаного гроша. Люди, которые чего-то стоили, находились у него за спиной, – Фенестела, Пизон, Сакса и Метилий. Остальных уцелевших из его центурии в Восемнадцатом он тоже взял с собой, вызвав удивление среди телохранителей Германика. «Плевал я на них, – думал Тулл. – Они не были в преисподней, через которую мы прошли. Им не пришлось вынести того, что выпало на нашу долю».
Днем ранее разведчики прочесали окружающую местность и повторили рейд на рассвете, чтобы убедиться в отсутствии враждебных варваров. Никто из разведчиков не был здесь шесть лет назад, и они понятия не имели, в какой части поля боя находятся, но докладывали о невероятном количестве скелетов, начиная с этого места и далее. Тулл тоже не был уверен, куда именно он привел отряд, потому что сейчас они пришли с запада, а не по той дороге, по которой он шел с Варом и его обреченными легионами.
Центурион еще раз обвел взглядом местность. Слева от него начинался поросший лесом пологий подъем, справа растительность редела. Заметив характерные цветки зверобоя, он подумал, что, похоже, дальше должно быть болото. Наличие большого количества костей подтверждало, что они добрались до места, где легионы угодили в ловушку Арминия. Оставалось только двигаться вперед, чтобы узнать больше. Их ожидала мрачная картина, о чем он старался не думать в грезах о возвращении орлов. Центурион уже почти видел призраков, наверняка обитавших здесь.
– Ты готов, Тулл? – донесся голос Германика.
– Да, господин. – Он встряхнулся и мысленно вознес молитву:
