Как стемнело, вокруг зажгли костры, ничуть не опасаясь, что дым кто-то заметит и вычислит местоположение лагеря. В целом, небезосновательная уверенность. Магическая завеса скрывала стелящийся по верхушкам деревьев дым и отблески пламени, а запах гари в низине и на таком удалении от границ барьера не ощущался.
Темнота скрывала мои действия, так что я придвинулась поближе к Науру и вскрыла замок от кандалов, используя иглу. Дальше оставался только запор на клетке и путь относительно свободен. Проблема в том, что не только Райден захотел к нам присоединиться, но и остальные пленники.
Не бросать же? Пришлось еще и с них кандалы снимать. А вот, что делать дальше, тот еще вопрос.
— Вдвоем мы сбежим, но с ними… — Указала Науру глазами на других пленников, которым не терпелось уже выбраться из клетки. — Лагерь закрыт магическим барьером, внутри которого нас быстро вычислят. Даже если удастся вырваться за пределы периметра, как далеко уйдем такой толпой?
— Что предлагаешь? — брат кивнул, соглашаясь, что бегство — не лучшая идея.
— Снимем дозорных и заодно раздобудем оружие, которым вооружим самых крепких. После нейтрализуем оставшихся членов банды и захватим дом. Пока вы будете держать оборону, я попробую отключить защиту, иначе нас никто здесь не найдет, а разбойники дождутся подкрепления и раздавят количеством.
Поскольку других предложений не было, решили следовать моему плану. Я выбралась из клетки через верхние прутья, расстояние между которыми было чуть пошире стен. Половина пленников могла бы покинуть тюрьму таким способом, если бы не кандалы и громыхающие цепи. Наур остался ждать в клетке. Из-за колена он передвигался не так быстро, как я. Да и через прутья не пролез бы, а выход через дверцу слишком хорошо просматривался.
Стараясь держаться тени, я направилась к отвесному краю обрыва, который присмотрела для подъема еще днем. Заранее приметила и дозорные посты, расставленные в нескольких точках на вершинах холмов и на выходе из ущелья. Двигалась бесшумно, легкие шорохи скрадывались естественным шумом леса и пьяным гомоном разбойников, пропустивших по чарке пойла за помин погибших товарищей.
Начала я с поста, находящегося в отдалении. Благодаря темноте, подобралась чуть ли не вплотную к противнику. На этот раз стреляла без промаха. Выждала время, пока яд подействует, после чего собрала трофеи. Иглы тоже вытащила, уложив оба тела на траву, как будто уснули. Ночью патрули внутри деревьев не прятались — не было смысла, так что на один пост приходилось два-три разбойника.
Жалеть — никого не жалела. В этой шайке не было невиновных. Эти твари грабили торговые караваны, забирали добычу и оставляли погибших и раненых на корм хищникам. Женщин ожидала незавидная участь служить развлечением для разбойников. Кто-то не выдерживал издевательств и умирал, других, наигравшись, продавали в бордели. Детей и подростков собирали отдельно, после чего куда-то увозили и те исчезали в неизвестном направлении. Официально рабства в четырех королевствах не было. Но, говорят, люди часто пропадали в Зельдарине, растворяясь в подземных городах зельгов — подгорных жителей.
Закончив с дальними дозорами, которые могли бы заметить наше передвижение по лагерю, я вернулась к клетке, притащив с собой немало добычи. Подобралась к задней стенке, передавая через прутья ножи, тесаки и пару мечей — больше попросту не унесла за один раз. Так же основательно пополнила запас зелий, значительная часть которых также перекочевала к истощенным пленникам. Им требовались силы, чтобы сражаться. У многих глаза горели решимостью поквитаться с обидчиками.
Пока ребята восстанавливались, я задумалась над тем, как справиться с десятком разбойников, рассевшихся у костра. Пусть они навеселе и не ждут нападения, утратив бдительность, но это не отменяет того, что они сильные воины. Решение нашлось простое и страшное одновременно. Я добавила яд древесной лягушки в чан с похлебкой, которую повар готовил на очаге чуть поодаль.
Запас яда у меня истощился. На общий котел десяти оставшихся капель было маловато. Но я для верности приправила супчик щедрым количеством сенны и кинула горстку ягод беладонны.
Готовил местный повар так себе, поэтому никто не удивился, что у варева появился странный привкус. Представляю, какая это гадость! Не удивительно, что половина разбойников отказалась от похлебки, предпочитая дождаться гефосса, тушка которого уже подрумянилась на вертеле, распространяя умопомрачительный запах. Ничего горчичный соус с ягодами беладонны — идеально дополнит вкус жесткого мяса хищника.
Пользуясь моментом, в кухонном закутке я стащила для ребят пару лепешек, головку домашнего сыра и кусок вяленого мяса. Передала еду Науру, не сомневаясь, что он разделит ее поровну, и предупредила заодно, чтобы ни в коем случае не ели похлебку и не пробовали приправы к мясу.
