Когда пришло время ложиться спать, Маленькая Нэнэ прилегла рядом с Кай и принялась болтать о скучных уроках игры на кото[2] и о своей учительнице, которая постоянно сморкалась.
– В самом центре лица у нее не нос, а прямо какая-то клубника, – захихикала Маленькая Нэнэ.
– Это не ее вина, – возразила Кай. – Не стоит над ней смеяться.
– Но это отвлекает! – пожаловалась девчушка. – Как мне учиться игре на кото, когда рядом такой нос? Но жена воеводы говорит, что больше хороших учителей во всей провинции не найти. В столице у нас такой проблемы не было бы.
Кай задумалась: что же будет рассказывать Маленькая Нэнэ о ней после ее ухода? Будет смеяться над лопоухостью? Над мозолями на руках? Но когда Кай закрыла глаза, то поняла, что ей не хватает болтовни этой девчушки, – она отвлекала ее от мыслей о луже крови во дворе, о морских змеях, свернувшихся вокруг Киши, и о стреле в ее собственном плече. Кай попыталась подумать о чем-нибудь хорошем. О чем-нибудь приятном. О том, как Рен бежал рядом с Ношей, пока Кай училась ездить верхом. О том, как Рен доставал листья из ее волос у реки. Она распахнула глаза и тут же изгнала воспоминания о нем из своего разума. Да, Рен относился к ней с добротой, но это вовсе не значит, что он ей друг. Она больше никогда его не увидит.
Утром Кай проснулась в одиночестве и не сразу поняла, где находится. Она села, выпрямив спину, и подождала, пока глаза ее привыкнут к полумраку комнаты. Никаких деревьев, никакой жесткой земли… А потом Кай вспомнила, что уснула в постели. В доме воеводы Такаги. В безопасности. И у нее осталось всего девять дней, чтобы добраться до Небесной горы.
Девушка поднялась с постели и вышла в гостиную – решетчатые ставни были открыты, а тонкие шторки опущены. Маленькая Нэнэ валялась на подушке, глядя во двор. В утреннем свете кожа ее казалась бледной и безупречной, как сваренная на пару пельмешка. Снаружи до Кай доносился лязг оружия. Она отодвинула шторку и увидела тренирующихся солдат, разбившихся на пары.
– Сколько у воеводы солдат? – спросила Кай.
– Здесь? – Маленькая Нэнэ оторвалась от своей книжки и нахмурилась. – Пару сотен. Но у него есть и другие лагеря. Они готовятся напасть на провинцию Бива.
Кай резко обернулась.
– Что? Но это ведь моя провинция!
– Тогда хорошо, что ты здесь, а не там, – отозвалась Маленькая Нэнэ. – Воевода Такаги говорит, ему нужен контроль над портом, чтобы завоевать столицу.
Кай охнула:
– Он планирует свергнуть императора?
– О да, – ответила Маленькая Нэнэ. – Но сначала воевода Такаги выдаст свою старшую дочь за сына или внука прежнего императора. И когда воевода станет советником, то посадит на трон свою дочь и своего зятя.
Кай как в тумане опустилась на пол. Такое задумывали и прежде, это ее не удивило. Но девчушка так спокойно об этом говорила!
– Я стану придворной дамой самой императрицы. – Маленькая Нэнэ мечтательно улыбнулась.
Отец советовал им никогда не говорить о политике вне стен их дома. Он боялся деревенского старосты: слухи разлетались по берегу быстро. И сейчас Кай решила последовать его совету.
– Что ты читаешь? – спросила Кай.
– Легенду о Звездном фестивале, – ответила Маленькая Нэнэ, перевернув страницу. – Это моя третья самая любимая история. Первая – история о резчике бамбука, потому что принцесса, которая могла бы поместиться в палку бамбука, – это мило. Зеркало Мацуямы – вторая, потому что она смешная. Девочка не понимает, что видит собственное отражение!
Маленькая Нэнэ принялась читать легенду о Звездном фестивале вслух. Это была история о двух созвездиях – ткачихе и погонщике коров, которые влюбились и из-за этого забыли о своих обязанностях. Ткачиха перестала плести, а коровы погонщика разбрелись в разные стороны. В наказание небесный император разделил их, и с тех пор они встречаются всего раз в год, в седьмой день седьмого месяца. На картинке в книжке ткачиха и погонщик тянули друг к другу руки, а между ними текла река из звезд. Кай попросила Маленькую Нэнэ прочитать легенду дважды, чтобы запомнить ее и однажды пересказать Киши. Когда все закончится. Истории о влюбленных нравились ее сестре больше всего.
– Это так романтично! – вздохнула Маленькая Нэнэ. – А у тебя есть поклонник?
Кай улыбнулась – не потому, что для девушки ее возраста выходить замуж было еще рано, а потому, что ей это казалось странным.
– Вот уж нет.
– Старшая дочь воеводы Такаги недавно вошла в возраст, и у нее целых три поклонника, – выпалила Маленькая Нэнэ тем же снисходительным тоном, который использовала деревенская сваха в разговоре с матерью, говоря о Киши и Кай.
После окончания последнего жемчужного сезона деревенская сваха разговаривала с их мамой. Она сказала, что, возможно, сможет найти семью, которую не смутит происхождение Киши. Мама рассмеялась ей в лицо и отказалась.
– В моей семье все не так, – объяснила Кай. – Женщины ныряют за жемчугом, а мужчины правят лодками. Пока у нас есть кто-то способный грести, мужья нам не нужны.
Кай вдруг вспомнила Рена – его темные взъерошенные волосы и хмурый взгляд. Интересно, умеет ли он удить рыбу?
