Что будет тогда, я представляла смутно, но одно знала точно: если не увижу Скальде в ближайшее время, если не услышу от него лично, что волноваться не о чем, и завтра он одним лишь движением мизинца легко, играючи разделается с этим выскочкой… Если все это не услышу, у меня шарики с роликами, все пружинки да винтики повыскакивают из черепной коробки, и случится помутнение рассудка.
Может, и к лучшему. Тогда реальность перестанет казаться такой пугающей и закончится пытка ожиданием.
Как назло, двери все не открывались, а стражники с алебардами ни в какую не желали пропускать ее лучезарность, в который раз напоминая, что женщина в Адальфиве – существо безголосое и бесправное. Но о правах слабого пола и становлении феминистического движения я подумаю позже. Уже после того, как Скальде разберется с Хентебесиром, и мы рука об руку взойдем на Сумеречный престол.
Он ведь разберется же?
Должен. По-другому просто быть не может.
Я настолько глубоко ушла в свои переживания, страхи и сомнения, что не сразу различила зазвучавшие в глубине коридора чьи-то быстрые, тяжелые шаги. Только когда передо мной предстал виновник завтрашнего сражения, эта темнодольская скотина, вскинула голову и встретилась с торжествующим взглядом Игрэйта.
– Ваша лучезарность, и вы тоже здесь! Еще одна встреча за один короткий день! Я же говорил, что мне повезет. А теперь получается, повезет вдвойне.
Умереть тебе повезет во цвете лет.
В несколько шагов преодолев расстояние между нами – пара-тройка жалких метров, вместо бездонной пропасти, которую я себе навоображала, пока тальден приближался, – он ядовито улыбнулся. Точно красной тряпкой помахал перед разъяренным быком.
– Караулите мужа? Что ж, предлагаю покараулить его вместе. Я бы тоже хотел перекинуться со своим кузеном парой словечек.
А можно я сражусь с ним вместо Герхильда? Отморожу этому узурпатору доморощенному все, что можно. Не пожалею силы для создания еще одной ледяной статуи и увековечивания Хентебесира – своего личного шедевра, чтобы потом поставить ее в саду под окнами нашей со Скальде спальни и каждый день ею любоваться. А еще Снежка приучу точить о нее когти и справлять там нужду. Идеальные для его светлости будут роль и место.
– Очень надеюсь, что, войдя в этот зал, вы из него больше никогда не выйдете, и этот разговор со Скальде станет последним в вашей никчемной жизни.
– Ай-яй-яй, – покачал головой огнегад. – Я бы на вашем месте попридержал свой острый язык, Аня-Фьярра. Сегодня вы ари, а завтра… Кто знает? Элири так со своими господами не разговаривают.
Я всегда знала, что Игрэйт – наглец, каких поискать, да еще и с большими прибабахами. Но от такого заявления окончательно выпала в осадок. Господин? Элири?
Совсем осыпался шифер?!
– По-моему, тебе стоит попросить своего лекаря сменить таблетки. Эти больше не действуют.
Не уверена, что Хентебесир понял мой намек, скорее всего, и вовсе пропустил дельный совет мимо ушей. Приблизился еще на шаг, оказавшись ко мне настолько близко, что все мое тело покрылось аллергической сыпью, и едко проговорил:
– А ты разве не знаешь? Победитель получает не только трон и корону, но и ари побежденного. Тебя, Аня. – Тальден скользнул пальцами по витому шнурку, пущенному под грудью и оттенявшему светлую юбку, но тут же их отдернул, когда кожу его закололо исходящим от меня холодом.
Нахмурился недоуменно, не понимая, в чем подвох, а потом усмехнулся, услышав мой произнесенный ледяным голосом вопрос:
– Серьезно думаешь, что сумеешь справиться с сильнейшим драконом Адальфивы?
– Раз я бросил кузену вызов, значит, тоже чего-то стою. – В одно мгновение намотав шнурок на кулак, Огненный дернул за него, притягивая меня к себе, и прошептал, обжигая каждым словом, как докрасна раскаленным клеймом: – А еще я уверен, что уже завтрашней ночью ты будешь метаться подо мной, стонать и умолять остановиться. А может, наоборот, не останавливаться… Смотря, какое у меня будет настроение, красави…
Уже и забыла, какие славные у меня получаются намордники. Любо-дорого посмотреть и послушать мычание этого пучеглазого хмыря. Легкий взмах рукой, короткая мысль, и сила, уже бесконечно долго искавшая выход, сверкающими искрами сорвалась с кончиков пальцев, с готовностью ударила в князя. Запечатала ему рот, а потом еще и контрольный в грудь впаяла. Тальден пошатнулся, но на ногах, к моему разочарованию, устоял.
Когда же до него дошло, что сейчас только что случилось, еще сильнее выпучил налитые кровью глаза. Рванулся ко мне, из красного становясь пунцовым, но только и успел, что сцапать меня за руку, и был тут же схвачен изволившей наконец вмешаться стражей.
– Завтра тебе никто не поможет! Слышишь?! Никто! – сплевывая ледяные осколки вместе с кровью, зло прошипел Огненный.
– Уведите его отсюда, для его же блага. Пока я всю силу мужа на этого паразита не истратила.
Дракономикроб расплылся в улыбке, сумасшедшей и хищной, обнажая окровавленные зубы. Жуткое зрелище, как и он сам.
