Ледяной дернулся. Ярость, которую прежде никогда не испытывал, хлестанула по сердцу вместе с ядовитыми словами Хентебесира. Князь не позволил ему сдвинуться с места, удержал, с силой впившись пальцами в рану на плече. От прошившей тело боли в глазах потемнело, и Скальде понял: еще немного, и он потеряет сознание. Лишь ненависть к двоюродному брату удерживала его в реальности.
В реальности, из которой он не имел права уйти.
– А потом я подумал… Это слишком банально. Лучше преподнесу ей тебя всего целиком. Вернее, то, что от тебя останется после знакомства с моим огнем. Что скажешь, Скальде? Так будет более впечатляюще. Брошу тебя к ее ногам. Пусть плачет, пусть захлебывается слезами. Умирает от боли, но умереть по-настоящему я ей не позволю. Нет, нет, нет… – издевательски покачал головой его светлость. – Если и отпущу, то очень-очень не скоро.
Огонь подступал, сжимаясь вокруг ледяного дракона смертельной удавкой. Огненные змеи ползли по земле, оставляя на выжженном дотла покрове черные шрамы. От едкого дыма слезились глаза, и раскаленный воздух отравлял своим ядом.
– А потом… этой ночью… Мы с твоей Аней останемся наедине и как следует развлечемся, – шепот стал еще тише, превратившись в заговорщицкий, доверительный, но даже невзирая на гул в голове Скальде слышал каждое слово. Они пульсировали в висках, отдавались внутри бешеными толчками и ненавистью, которая обжигала сильнее любого пламени. – Не могу обещать, что буду с ней нежен. Эта шлюха не заслуживает моей нежности. Но уверяю, со временем она привыкнет к боли и, возможно, даже начнет получать удовольствие. В любом случае сегодня я буду слушать ее стоны и мольбы. Снова – яд, втекающий в него с каждым словом. – И снова. И никто не поможет твоей маленькой, беззащитной ари. Ведь ты к тому времени уже подохнешь, Скальде. Сдохнешь сейчас.
На какое-то мгновение, мимолетное, быстротечное, перед глазами возникло лицо иномирянки. Девушки, перевернувшей его мир с ног на голову. Показавшей ему, что такое настоящие, сильные, всепоглощающие чувства.
Научившей его чувствовать.
Дым проникал все глубже, травил его, заставлял мутиться рассудок. Но ни боль, ни хлынувший к нему огонь были не способны выжечь из сознания образ девушки с прозрачными голубыми глазами. Улыбкой, открытой и ясной. Полной жизни и любви, которую она ему подарила.
«Приятно, когда мужчина оказывается у твоих ног. А вы-то небось привыкли к обратному», – воскресло в воспоминаниях их первое свидание. Алиана уверенно стояла на коньках, а он бесславно распластался на скользком льду. Девушка весело улыбалась и протягивала ему руку, чтобы уже в следующую секунду оказаться в его объятиях.
Сейчас к нему тянул руки Игрэйт, направляя на него разрастающееся, растекающееся по земле пламя. Дикое, яростное, покорное воле своего безумного хозяина. Словно посаженный на цепь голодный зверь, оно рвалось к ледяному дракону, шипело и рычало, готовое наброситься и растерзать. Уничтожить не только его, но и девушку с чистыми, как небо над Храмом Весны, голубыми глазами.
– Прощай, братец. Надеюсь, ей понравится мой подарок.
Скальде зажмурился, ощущая на коже обжигающее пламя, и, превозмогая боль, ослепившую, оглушившую, на миг выбившую из разума все чувства и мысли, сам потянулся к этому смертоносному огню. Сейчас, как никогда в жизни, желая покорить чуждую ему стихию. И если в ней и погибнуть, то только вместе со своим извечным соперником, Игрэйтом Хентебесиром.
Нет ничего страшнее ожидания и осознания собственного бессилия, когда только и можешь, что стоять изваянием и вглядываться, вглядываться в непроглядную мглу.
Несколько раз я порывалась спуститься по крутому склону – меня не пускали. Получив категоричный ответ, принималась убеждать стражников в необходимости поспешить и выяснить, что стало со Скальде, а они в ответ как заведенные долдонили одно и то же:
– Мы не имеем права вмешиваться. Таков закон.
И старейшины, пряча волнение за маской холодной невозмутимости, которую так любили на себя навешивать, им глухо поддакивали.
– Разберусь я с вашими законами и порядками, – пообещала воинственно, мысленно посылая к таграм и свою охрану, и этих упертых старикашек.
Где-то вдалеке разгоралось пламя, приглушаемое завесой тумана. Накрапывал дождь, напитывая воздух сыростью. Она пробиралась под накидку, просачивалась сквозь ткань платья и нижнюю сорочку. Проникала сквозь поры, обдавая плоть холодом. Но вместо того чтобы замерзнуть, я вся пылала. И чем больше распускалось внизу огненных цветков, тем сильнее жар плескал на щеки и в венах вскипала кровь. Я не могла сдержать дрожи, была не в силах оставаться на месте.
Продолжать мучиться от неизвестности.
В отчаянии закусила губу.
– Вы должны что-то сделать!
– Ваша лучезарность, мы бы с радостью бросились на защиту наследника, но это его битва, – покачал головой эррол Корсен. Спешно отвел глаза, напоровшись на мой красноречивый взгляд.
– Продолжай верить. Не отчаивайся, – прошептала Ариэлла, сильнее сжимая мою руку в своей.
