Поначалу я думала, что мы полетим в Храм Весны и все-таки познакомимся с источником Юны. Сейчас я была бы не против испытать на себе его силу, раз уж чиста перед мужем, как только что вымытое оконное стекло. А потом мы бы могли до самого утра гулять по живописным развалинам храма, наслаждаться красотой девственной природы и безмятежной тишиной.
Каково же было мое удивление, когда вместо древнего святилища мы прибыли в небольшую деревушку. Я насчитала с пару дюжин домишек, возле одного из которых мы и приземлились.
– Подожди здесь, – велел Скальде и, даже не изволив постучаться, толкнул входную дверь.
Скрылся в темном проеме, чтобы спустя минуту вернуться ко мне уже без коврика. Зато с белоснежным, из тончайшей шерсти платком, который пришелся очень кстати. Даже здесь, на юге империи, вечерами было еще довольно свежо, если не сказать холодно.
– Забыл сказать, чтобы оделась потеплее, – извиняюще улыбнулся Герхильд. – На озере будет прохладно.
– Что за озеро? – Я зябко поежилась и поспешила закутаться в экспроприированную неизвестно у кого шаль, которую тальден заботливо набросил мне на плечи. – К Хадааантису в гости пойдем?
– Совсем не ориентируется в местности, – закатил глаза Герхильд.
– Эй! – шутливо пихнула ящеромужа локтем в бок. – Можно подумать, я к нему каждые выходные устраиваю паломничества!
– Странно, что он тебя тогда не раскрыл. – Скальде взял меня за руку и повел по темной, совершенно безлюдной улочке, спустя какое-то время добавив: – Хотя я ему за это благодарен.
Окрыленная этими словами, я не шла, а летела за тальденом, дивясь тишине, накрывшей деревеньку. Время, конечно, позднее, но не настолько, чтобы все поголовно улеглись спать. И что мы здесь впотьмах собрались делать? И зачем нам вот прямо сейчас сдалось какое-то там озеро?
– Какие у тебя еще остались от меня секреты, Аня? – прервал ход моих мыслей Скальде.
– Больше никаких. А у вашего великолепия? – весело и в то же время выжидающе посмотрела на тальдена.
Меня так и подмывало спросить, что стало причиной столь внезапных перемен в его поведении. Только лишь одно сожженное письмо с исповедью? Или страх меня потерять, на этот раз потерять навсегда, заставил Ледяного пересмотреть свои решения?
– У моего великолепия нет никаких тайн, – после короткой паузы проговорил муж и ускорил шаг.
Попетляв темными улочками, мы вышли к небольшой площади, украшенной гирляндами магических фонариков. Вот где света было предостаточно! Как и угощений, громоздившихся на длинных, расставленных вдоль беленых стен столах. Оплетенные лозой пузатые бутыли чередовались с пирогами и дичью, в отсутствие празднующих предусмотрительно накрытые салфетками или крышками, похожими на огромные серебряные колокола.
От дразнящих запахов, витавших над площадью, желудок жалобно заурчал, уговаривая здесь задержаться и отведать вон ту сдобную прелесть, румяный бочок которой выглядывал из-под белоснежной салфетки.
– Праздник по случаю начала турнира?
Скальде покачал головой:
– Большинство свадеб в этих краях приходится на последний месяц весны. Считается, что жениться в полнолуние – к счастью и благоденствию. Полная луна здесь символизирует полноту жизни, безграничное счастье и крепкие семейные узы.
Украдкой взглянув на мужа, увидела, как его губ касается теплая улыбка, благодаря которой словно высеченные из мрамора черты лица утратили привычную резкость.
– Это очень красивый обряд. Сегодня будут жениться сразу несколько пар.
– На озере? – догадалась я.
– На озере, – подтвердил Скальде и повел меня по пологому склону к черной в этот час, глянцевой озерной глади.
Здесь-то и обнаружились селяне. Принаряженные дамы и мужчины в широких рубахах, перехваченных цветными поясами, обступили простоволосых девиц в светлых платьях. Голову каждой украшал пышный венок из полевых цветов. Чуть в стороне стояли молодые люди и, с улыбками переговариваясь, смотрели на своих нареченных.
Девушки по очереди подходили к мрачным типам в длинных балахонах.
«Жрецы Праматери», – догадалась я, вспомнив, что точно такие же темные, расшитые золотом одежды носили прислужники в храме, что располагался неподалеку от родового замка Фьярры.
Жрецы что-то нараспев произносили, обращаясь к каждой невесте – наверное, одаривали благословением. Затем осеняли их каким-то знамением, после чего девушки одна за другой усаживались в челны и протягивали руки к своим суженым. Факелы, что удерживали в широко раскрытых пастях вырезанные из дерева драконьи морды, являвшиеся продолжением кормы и носа лодок, полыхали ярко. Пламя, как в зеркале, отражалось в этом черном глянце, отчего казалось, что вода пылает. Огонь освещал счастливые лица новобрачных, отправлявшихся в недальнее плавание по озеру, на котором луна прочертила призрачную дорожку, разрезаемую плывущими лодками. Отдалившись от берега, молодые люди забирали у своих избранниц венки и опускали их в воду.
– Это и правда очень красиво, – прошептала я, с интересом наблюдая за необычным ритуалом бракосочетания. – Ты кого-нибудь из них знаешь?
