Внутренний дознаватель немного напрягся: а ну как снова по заднице врежут, может, это и считается у них прямой передачей мастерства? Но Ильин успокоил капитана, сказав, что никто его и пальцем не тронет. Саша снова начал тренировку, а полковник при этом неотрывно смотрел на него. И в какой-то момент капитан вдруг почувствовал, что стало гораздо легче. Шаг его выровнялся как бы сам собой, и теперь он делал все плавно, сильно и правильно.
Не успел он порадоваться новообретенному навыку, как полковнику позвонили из управления. Оказалось, там какой-то форс-мажор, нужно срочно ехать. Но это ничего, Саша пусть сидит дома и тренируется, сколько хватит сил — то есть до тех пор, пока не упадет. Или пока сам полковник не вернется.
Велев верной Татьяне приглядывать за Сашей, Ильин вышел из дома, сел в свой серенький «хёндай» и отъехал, едва не задев слишком тесно припаркованный к нему черный «мерседес». Если бы полковник не так торопился, он бы наверняка полюбопытствовал, какой же это осел так паркуется. Впрочем, правильно было бы сказать — какие ослы: за тонированными стеклами «мерседеса» сидели Валера и Бусоедов, проводившие машину Ильина внимательным взглядом.
— Ну что, пошел я? — спросил вампир, нервно помаргивая голубыми глазками. Сейчас в нем не было ничего от чудовищного ночного кровососа, это был простой деревенский паренек, решивший устроиться официантом в городской ресторан и еще даже не купивший модные китайские кальсоны, которые нынешние мачо носят вместо брюк.
— Секунду, — сказал Валера, провожая взглядом машину полковника. Потом вытащил из бардачка круглый шипастый шар, размером с бильярдный, положил его в карман бусоедовской куртки. — Эта штука поможет тебе против Светлого блюстителя. Жмешь сюда, через три секунды срабатывает.
Вампир молча кивнул. Темный посмотрел на него очень внимательно.
— И вот еще что... Не вздумай, пожалуйста, сбежать, не сделав дела. Я тебе не кровососные старейшины. Я для тебя такую пытку изобрету — всем чертям тошно станет. Ты понял меня? Ну, и отлично. Давай, пошел.
Бусоедов, играя желваками, вышел из машины. Если бы его увидел сейчас какой-нибудь поклонник киношных вампирских саг, он был бы сильно разочарован. Вампир, трясущийся от страха — да разве этому нас учили блокбастеры? Однако жизнь серьезно отличается от блокбастеров, особенно голливудских, и, признаем честно: ничто человеческое не чуждо и вампирам. Тем более, если иметь в виду, что в массе своей это просто люди, слегка ушибленные пыльным кровавым мешком.
Легкой стопой Бусоедов вошел в подъезд, неслышно поднялся по лестнице и прильнул к двери чутким ухом. Из квартиры до него донеслись приглушенные голоса Саши и Татьяны.
Окажись на месте вампира полковник, он бы сильно удивился: с какой стати капитан Серегин прервал тренировку и любезничает с големом? Саша бы на это мог ответить, что вышло это совершенно случайно: он отправился на кухню попить воды и обнаружил там Татьяну.
— Не помешаю? — спросил он вежливо.
— Зависит от ваших намерений, — холодновато отвечала ему та.
— Намерения у меня простые и гуманные — хотел бы позавтракать.
Запретить позавтракать она ему не могла, конечно. Но разве он уже закончил свою тренировку? Да, он закончил, отвечал Саша на голубом глазу.
— Вероятно, вы гений практической магии, — ровным голосом заметила Татьяна. — Вам хватает пяти минут на то, на что остальные тратят часы и дни.
Тут Саша покаялся, что на самом деле, конечно, он не то, чтобы закончил тренировку, а скорее, временно отложил — узнать, нет ли новостей о завтраке. Оказалось, завтрак уже готов. Капитан может идти в гостиную, сейчас Татьяна его подаст. Саша покорно побрел в гостиную, гадая, что за странные порядки в квартире полковника...
— Ничего странного, традиционные английские порядки, — Татьяна появилась в гостиной совершенно неожиданно.
Капитан удивился — и тому, что у российского полковника английские порядки, и тому, как тихо она вошла. Сама Татьяна, правда, ничего удивительного в этом не находила. Голем-слуга должен быть не видим и не слышен, пока его не позовут. Как сказал поэт: «Пока не требует голема к священной жертве господин, он неподвижен, как полено, незрим, неслышен — и один».
— А вы будете завтракать? — спросил Саша на всякий случай.
Он все еще не понимал, как с ней держаться. Легко полковнику, он все знает, а ему что же? Можно ли ее считать человеком? И, между нами говоря, ест она вообще или не ест? Татьяна посмотрела на него без всякого выражения: пищу она потребляет, как и всякий белковый организм, однако в их совместном завтраке нет никакой необходимости.
— Приятно такое услышать от девушки... — хмыкнул Саша. — А если я прикажу?
— Я вам не подчиняюсь, — отвечала Татьяна решительно. — Мой господин — полковник Ильин.
Опять господин... Черт знает что, садомазохизм какой-то. Но Татьяна только головой покачала. Ничего подобного, заявила она, их отношения с полковником лишены сексуальной подоплеки.
— Ах, вот оно что... Ну, теперь мне стало гораздо легче.
