«Шаловливая русалка» пришвартовалась к одному из островов еще утром, и с тех пор на ней кипела бешеная работа. Необходимо было высадить всех пассажиров и разобраться с грузами – договориться, чтобы их довезли до получателей другие корабли. Капитан решил – с судьбой не шутят. Ему суждено было повстречать «Княжну Рогнеду», он ее повстречал. И счастье, что проклятье их не убило. Значит, не нужно хитрить. В конце концов один-два потерянных рейса его не разорят. Тем более часть прибыли он все же получил. Зато войдет в легенды как корабль, на котором закончилось знаменитое проклятье. Прям даже интересно, куда придется поплыть.
Да и, откровенно говоря, помочь девушке – дело благое. Во-первых, мужчины они или нет? Раньше он не мог вмешаться, закон стоял на стороне этих уродов из людей жениха. Теперь же морской закон на его стороне. Приятно щелкнуть по носу зарвавшихся гадов. Во-вторых, Марион – будущая магичка, неплохо иметь в своих должниках такого человека. Мало ли когда пригодится.
А еще… мужчина ощущал давно забытое чувство предвкушения. Когда-то он стал моряком, потому что жаждал приключений. Море будоражило, звало, манило. И, в принципе, не обмануло. Дало и положение, и достаток. Приключений – веселых, опасных, пикантных, рисковых – на жизнь капитана тоже выпало немало. Но ощущения притупились, появился холодный расчет, уверенная прагматичность. Неплохо-неплохо, но вот сейчас он чувствовал себя будто помолодевшим. В крови гулял лихой азарт, и казалось, ничего невозможного больше нет.
Стать героем легенды – дорогого стоит!
Пока же капитан с интересом наблюдал за прощанием еще двоих героев легенды. По правде сказать, куда более значимых в ней.
Этим утром Калли с прискорбием обнаружил, что совершенно не представляет, что сказать Марион. Мысли и слова теснились в голове, путаясь и мешаясь друг другу. Он испытывал к девушке невыразимую нежность, но одновременно понимал, что дороги их расходятся. Конечно, после истории с камнями он постарается помочь ей, но изменит ли это хоть что-нибудь? Ему казалось, что у Марион в голове крутились те же мысли. Однако эльфа невыразимо радовало, что в ее глазах засветилось что-то новое. Надежда, наверное.
Теперь у Марион действительно появился шанс на нормальную жизнь. Она уже почти вырвалась из ловушки, в которую ее загнали обстоятельства. У нее уже явно имелся план на ближайшее будущее. И это радовало Калли неимоверно.
Но что сказать-то?
– Я… – начал он и замолчал.
Марион улыбнулась. Немного печально и очень нежно. А потом чуть подалась вперед, и они прижались друг к другу лбами, держась за руки.
– Прости, что не плыву с тобой, – Калли наконец понял, что его мучило больше всего.
Девушка тяжело вздохнула.
– Это неважно. Думаю даже, так лучше для меня. Я хочу… всё сама. А ты… постарайся спасти мир и не убиться при этом. Хорошо, дорогой?
Калли тихонько засмеялся, выпрямляясь.
– Постараюсь. А ты…
Девушка прижала палец к его губам, потом потянулась и поцеловала. Калли хотел ее обнять в ответ, но Марион увернулась и, улыбнувшись напоследок, ушла обратно на корабль. Юноша понимал, что так и правда лучше, но горечь все же осталась…
– М-да, мог бы и позабористее ее поцеловать! – прокомментировали сзади. – Вообще не впечатлило!
Калли крутанулся на каблуках и уставился в нахальные глаза Мирека. О, его проклятье! Почему он не удивлен, что тот тоже с вещевым мешком?
– Ты! – юноша наставил на пацана палец. – Закрой свой рот!
– И не порти момент? – засмеялся тот. – Хотел красиво, с эльфийской печалью во взоре попыриться ей вслед? Ну извини, братан, очень уж пафосно было, аж зубы заломило.
– Я тебе сейчас голову откручу!
– Стыдись, Пэни! Где твое эльфийское воспитание?! Не голову откручу, а отсеку главу твою, о сотрясатель основ!
– До сотрясателя основ ты еще не дорос, – возмутился Калли.
– М-да, тут соглашусь. Но я буду стараться!
– Не сомневаюсь, – буркнул эльф, поправляя вещи на ошалевшем от счастья стоять на твердой земле Лейэтиэле. Вздохнул. – Ладно, бывай, – кивнул он все-таки Миреку. – Не буду драть тебе уши.
– И ты бывай, – криво ухмыльнулся тот. – За ухи благодарствую! – кривляясь, парень ответил поясной поклон.
Признаться, Калли ожидал гротескную сцену на тему «На кого ж ты меня покидаешь?!», «Я с тобой!» или «Подвезите, дяденька, бедного сиротку». Но Мирек уселся на какой-то ящик и только усмехнулся. Вот точно ведь какую-нибудь пакость задумал. Эльф прищурился и предупреждающее произнес:
– Надеюсь, больше не увидимся.
– Увидимся-увидимся, – засмеялся парень. – Я шо та судьба: никуда от меня не деться.
Калли мученически застонал.
– Этого-то я и боюсь, – пробормотал он и, вскочив в седло, отправился восвояси, пока это недоразумение не напросилось-таки ему в попутчики.
Мальчишка же смотрел ему вслед удивительно взрослым, горьким взглядом.
– Я тоже, Пэни, я тоже.
