Во время обсуждения возник вопрос: у нас нет огнестрельного оружия. Только холодное. Но если я с Кейдзо умеем с ним обращаться, то для наших бойцов сопровождения фехтование – неизвестная наука. Обучать некогда. Потому решаем так: я первым проникаю на базу катеров. Двигаясь максимально быстро и по возможности бесшумно, убираю охрану и вывожу из строя сигнализацию. Кейдзо следует за мной, Тимур и Анатолий – на отдалении. Когда у нас оказывается в руках оружие, передаём им, сами движемся дальше. Находим катер, проверяем его готовность: главное, чтобы аккумулятор не оказался разряжен и в баке имелось топливо. Оставляем плавсредство под охраной парней, перемещаемся к остальным и выводим их из строя.
Всё, обсудили, дальше сон, поскольку вставать рано утром.
Около четырёх часов утра Кейдзо уходит. Его задача сейчас, – передать шифровку. Он возвращается через час и докладывает, что сообщение благополучно передал вместе с новыми координатами, где нас нужно будет забрать – три мили к западу от Хондзё, напротив устья местной реки. «Надеюсь, ничего не перепутают», – заметил японец.
Собираемся, покидаем гостевой дом. Кейдзо расплачивается с сонной хозяйкой заведения, оставляя ей щедрые чаевые. Она, по японской традиции, отказывается, но японец настойчив. Суёт ей деньги и говорит, что делает это затем, чтобы умилостивить богов и духов предков. Пусть видят, мол, какой он хороший человек и потому достоин стать отцом. После таких слов пожилая женщина принимает деньги без дальнейших споров.
Выдвигаемся в сторону базы торпедных катеров. Правда, насколько я понял, из-за слабых моторов их такими назвать нельзя. 30 морских узлов – это примерно 55 км/ч, но это когда полный штиль. При ветреной погоде, – на наше счастье, пока идём, ветер постепенно стихает, – скорость будет ещё меньше. Для большинства военных кораблей подобное судно – настоящий тихоход, его из всех видов стрелкового оружия можно уничтожить, даже артиллерию применять не придётся.
Остаётся надеяться, что когда мы выйдем в открытое море, навстречу не попадётся какой-нибудь эсминец. В этом случае нам от него не уйти. Но думать об этом не хочется. Сначала добраться до места. Движемся сначала по дороге, затем смещаемся вправо и ступаем через заросли, поскольку по левую сторону от просёлка уже речной берег. Когда впереди виднеется простенький забор, – колючая проволока натянута между бамбуковыми столбами, – делаю знак, чтобы все остановились.
Они останутся здесь, пока я не подам Кейдзо сигнал. Первым иду вперёд. Колючка натянута чисто символически, и никаких на ней громыхающих элементов наподобие пустых консервных банок, какие использовались в Великую Отечественную и нашими, и немцами. Это приходит из памяти Алексея Оленина: зацепишься одеждой за такую проволоку, и грохот на всю округу. Пока справишься, а уже поздно – покрошили тебя из пулемётов.
Здесь ничего подобного нет. Японцы народ законопослушный, а чужих тут отродясь не бывало. Полагаю, что вообще никогда. Ведь даже азиатские правители (китайские или корейские, уже не помню точно) пытались высадить десант, но Японское море разметало их армаду. Выходит, мы тут первопроходцы. Усмехаюсь этой мысли и легко проникаю на территорию базы. Здесь царит образцовый порядок. Дорожки вымощены камнями, стоят аккуратные деревянные указатели: штаб, столовая, казарма, ремонтные мастерские, туалет, радиоузел.
Мысленно благодарю того, кто это придумал, и направляюсь в самый последний из перечисленных пунктов. Внутри тишина и покой, в маленьком помещении, около едва светящей в темноте масляной лампы, на циновке лежит солдат. Тихо вхожу, раскрыв простенькую дверь, – она даже не заперта, – и потом отправляю воина к праотцам так быстро, что он даже пикнуть не успевает. Да и не смог бы – я зажал ему рот. Потом быстро ломаю аппаратуру: это стационарная рация, притом немецкого производства, судя по надписям.
Всё. При всём желании вызвать подкрепление не смогут. Я выхожу и чёрной тенью скольжу обратно. Подаю Кейдзо знак, и он выдвигается мне навстречу. Дальше будем действовать вместе. Нам ещё нужно добраться до штаба, заглянуть в тамошнюю документацию. Может, найдётся что-то полезное.
Двигаемся между постройками, стараясь не задерживаться на открытом пространстве. Я ощущаю себя ниндзя, а что думает по этому поводу Кейдзо не знаю, но он сосредоточен и собран, перемещается бесшумно, и мне кажется, что всё-таки этот бывший шпион имеет какую-то особую подготовку. Притом получил он её скорее всего в Японии. Хорошо, когда такой человек на нашей стороне. Иначе пришлось бы несладко: в открытом и честном бою я его, скорее всего, одолеть смогу. Но если такой нападёт скрытно и внезапно… лучше не стоит.
