– Зацветает краснотал, краснотал, краснотал. Я тебя напрасно ждал, всё вздыхал, всё страдал…
Улыбаюсь. ВИА «Пламя» тут совсем ни к месту. А ещё вдруг хочется пива. «Жигулёвского». Ледяного. С сушёной воблой. Жирной, и чтобы непременно икряной. Аж скулы сводит.
– Да, Лёха, – говорю сам себе. – Ностальгия – сильная вещь. Но пора бы вернуться в реальность.
Спустя минут двадцать наблюдения за десантниками я заметил, как от костра поднялись трое. Переговорили между собой, накинули рюкзаки и двинулись в мою сторону. Патруль или разведка. Три высоких крепких бойца, вооружённые до зубов. Выходят на тропу, двигаются размеренно и уверенно. Заползаю поглубже в кусты, чтобы не быть замеченным. Жду, пока пройдут мимо и устремляюсь следом. Я не Бадма Жигжитов, но тоже умею двигаться по лесу незаметно. Наш инструктор в Рязанском училище недаром однажды похвалил за умение маскироваться и бесшумно двигаться. Пригодилось потом, и не раз.
Пока иду за американцами, думаю о том, что это – идеальный момент. Нужно перехватить их по-тихому, не подняв тревоги. С троими-то наверняка справлюсь. Притом так быстро, что сами не заметят, не говоря уже про остальных.
Я начал плавно отходить в сторону, выбирая место для засады. Не нужно сражаться со всеми сразу. Убрать эту группу, и пусть остальные ломают головы, куда они пропали. Вскоре нашёл подходящее место: пара больших валунов и густая высокая разлапистая ель. Затаился за стволом, прижавшись к земле.
Шаги приближались. Десантники двигались без спешки, но слишком расслабленными их не назовёшь. Опытные бойцы, глаза насторожённые. Один всё время осматривается по сторонам, крутит головой, как фонарь маяка. Второй держал оружие наготове, палец на спусковом крючке. Заметно, что нервничает. Может, для него это впервой. Третий шёл чуть позади, казалось, погружённый в свои мысли.
«Только бы не заметили раньше времени», – подумал я и выждал момент, когда они оказались почти вплотную. Взрывная атака. Рывок вперёд. Катана блеснула в руках, будто оживая. Первый даже не успел понять, что произошло, как мой клинок рассёк воздух, беззвучно и точно. Удар пришёлся под подбородок. Его глаза остекленели, тело пошатнулось и рухнуло на землю. Даже вякнуть не успел. Второй обернулся, но я уже был рядом. Резкий удар ногой по колену, чтобы лишить равновесия. Короткий выпад катаной – лезвие вошло в шею точно под кадык. Ни крика, ни выстрела. Всё чисто и быстро.
Третий успел развернуться и вскинуть автомат. На мгновение наши взгляды встретились. Молодой, не старше двадцати пяти, с растерянным выражением лица. Он понял, что проиграл. А ещё по его взгляду я понял: парень страшно, до дрожи, хочет жить. Может, где-нибудь в Алабаме ждёт его на ферме девушка по имени Джеки, и каждый день выходит на веранду, чтобы проверить: не едет ли почтовая машина?
– Бросай оружие, – коротко приказал я на английском, вскидывая клинок. – Будешь жить.
Он медлил. Рука дрогнула, но автомат всё ещё был направлен на меня. Я шагнул ближе.
– Выстрелишь, твой труп останется здесь навсегда. Сдашься, – получишь шанс выжить. Решай.
Автомат опустился. Парень осторожно положил его на землю, поднял руки.
– Кто вы такой, сэр? – спросил он хрипло. – Русский?
– Офицер СМЕРШ, – соврал я спокойно. – Вы, ребята, забрели не туда.
– Мы просто выполняем приказ.
– Слышал об этом от солдат СС. Слышал о них?
– Грёбаные нацисты.
– Верно. Вы для нас здесь, как они.
На лице бойца появилось удивлённое выражение. А, ну конечно. Им же внушили, что в любой точке мира американская армия несёт демократию и истинные ценности.
– Вы крепко ошиблись. Ваша операция обречена.
Парень молчал, пытаясь осмыслить услышанное. Я видел страх в его глазах. Возможно, понимал, что выбрался далеко за пределы зоны поддержки.
– Как тебя зовут? – спросил я.
– Джек. Джек Картер.
– Ладно, Джек. Вопросы сейчас буду задавать я. Ответишь – останешься жить. Если нет… Ну, ты понял.
Он кивнул.
– Сколько вас осталось? – глухо спросил я, глядя прямо в глаза пленному.
– Двадцать восемь, – Джек сглотнул. – Семеро ранены.
– Насколько серьёзно?
– Четверо не доживут до утра. – Он отвёл взгляд. – У остальных тоже не лучшая перспектива, если не вытащим их к своим.
– Радист?
– Погиб. Рация разбита. – В голосе прозвучала сдержанная ярость, но больше – усталость. – Без связи мы слепы и глухи.
Я кивнул, будто подтверждая свои мысли. Значит, Бадма сделал всё правильно.
– И что ваш командир решил дальше?
– Приказал продолжать атаку. – Джек выдохнул, потёр лицо ладонью. – Задача – захватить объект любой ценой.
– Знаешь, какой объект?
Американец снова поднял на меня взгляд. Секунду колебался, затем тихо сказал:
– Какой-то груз.
Конечно. Станут им говорить. Простые исполнители. Расходный материал. Но теперь пошли ва-банк. Ни рации, ни тыла, ни шансов на подкрепление. Зато есть приказ, который будут выполнять до конца. Ну, коли так… Я сделал едва заметное движение, и сталь катаны вонзилась аккурат в сердце американца. Он смотрел на меня изумлённо, не понимая, как это могло случиться, а потом закрыл глаза и медленно осел под сосну.
