В СССР Москва, Ленинград, крупные промышленные центры, столицы республик, курорты обеспечивались продовольствием по повышенным нормам. Та же ситуация была и с промышленными товарами. В результате 40 % населения Советского Союза, проживавшего в районах с особой или первой категорией снабжения, получали 70–80 % всех фондов потребительских товаров. А 60 % населения, в том числе почти все сельское, довольствовались 20–30 % фондов. Поэтому возможности для коррупции в сфере торговли в Москве, Ленинграде и других крупных, а также курортных городах были неизмеримо больше, чем на остальной территории страны. В 1980‐е годы в Москве и Ленинграде 97 % населения покупали товары в государственных магазинах. В столицах союзных республик 17 % покупателей пользовались услугами потребкооперации, а 10 % покупали продукцию на колхозных рынках, где цены были существенно выше. В областных центрах 35 % покупателей шли на рынок.[161] В Москве было пять гастрономов, которые снабжались продуктами вне категорий, в том числе «Смоленский», «Новоарбатский» и «Елисеевский». Стол заказов при «Елисеевском» Соколов превратил в распределитель дефицитного и импортного продовольствия среди советской элиты, в том числе высокопоставленных чиновников. Здесь всегда были доступны черная и красная икра, шоколадные конфеты, копченые колбасы, высокосортные сыры, рыбные деликатесы, кофе и элитный алкоголь. На естественную убыль списывалось до 30 % продукции, тогда как из-за хороших холодильников реальная убыль была в разы меньше. И якобы испорченные и списанные продукты давали стабильный «левый» доход. Применялись также обвесы и обмеры за счет подпиливания гирек или, наоборот, утяжеления чаш весов. Основную часть доходов от «левой» торговли заведующие отделов «Елисеевского» и директора его филиалов передавали Соколову, который, в свою очередь, значительную часть полученных сумм передавал выше, в Главное управление торговли Мосгорисполкома (Главторг), чтобы гарантировать бесперебойное снабжение Гастронома № 1 дефицитными товарами.
Здание гастронома «Елисеевский» на Тверской улице, 14
© Борис Приходько / РИА Новости
Тем же самым занимались директора и других крупнейших гастрономов Москвы. И до всех добралось следствие. В ожидании ареста покончил с собой директор «Смоленского» гастронома Сергей Наниев, умер от сердечного приступа заместитель начальника Главторга Григорий Белкин, к 10 годам лишения свободы был приговорен начальник орготдела Главторга Генрих Хохлов, директор «Гастронома ГУМ» Борис Тверитинов получил 10 лет и т. д. Мхитар Амбарцумян, заведующий Дзержинской плодоовощной базой, активно сотрудничал со следствием, сдал все ценности, но все равно был приговорен к расстрелу, несмотря на то что был участником Великой Отечественной войны и одним из двухсот советских солдат, бросивших немецкие штандарты к подножию Мавзолея на Параде Победы. С 1964 года Амбарцумян направлял в магазины только качественный товар, но в документах указывалось, что 10 % его – некондиционны и подлежат списанию. На самом деле эту часть товара успешно продавали, а вырученные деньги делили между Амбарцумяном и директорами магазинов. Директора базы расстреляли в ноябре 1986 года, уже при Горбачеве, так как Амбарцумяну приходилось давать взятки очень высокопоставленным людям, еще остававшимся при власти. Неслучайно в СИЗО ему запретили свидания и переписку с близкими.[162]
