– Будь им, дорогой! Это очень стильно – рыцарь в желтых доспехах на белом коне! Наш красавец Гарибальди не уступит никому. Гордый арабский скакун, которого я купил у арабского шейха, – самый лучший конь на Канарских островах. И этот конь принадлежит самому богатому наследнику, моему сыну Егору Кастелани. Ты стал совсем взрослым. Я должен подарить тебе подарок. Я помню про твой день рождения. Полина, принеси…
Она выбежала из столовой и через некоторое время вернулась, торжественно неся в руках большую коробку из темно-синего бархата, перевязанную золотой лентой.
Пако не менее торжественно развязал ленту и, открыв коробку, достал саблю в золотых ножнах, усыпанных драгоценными камнями.
– Вот, Егор, наша фамильная реликвия. Сабля сделана в десятом веке. Мне она досталась от отца в день моего совершеннолетия. Ему ее вручил его отец, а отцу его. С десятого века саблю передают от отца к сыну. Помни, что ты Кастелани! Не посрами наш древнейший род!
Егор принял у отца саблю, вытащил ее из ножен, поцеловал холодную сталь. Он поднял полные слез глаза на Пако, чтобы сказать, что он не должен быть здесь, что он совершенно посторонний человек, не имеющий к древнейшему роду никакого отношения, что он самозванец, занявший чужое место не по своей воле, а по какому-то злому року. Но только Егор открыл рот, как услышал нежнейший голосок, который зашептал ему прямо в ухо:
– Бери и не сомневайся. Ты достоин носить имя Кастелани. Это твоя жизнь. Теперь это твоя жизнь. Не сомневайся, не бойся, благодари…
– Le quedo muy agradecido,[23] – проговорил Егор срывающимся голосом и заплакал.
– ¡Basta! ¡Basta, Egor![24] – обняв его за плечи, сказал Пако. – ¡Brindo por su salud![25]
– Si. ¡Gracias, papa![26]
Егор и Пако выпили, глядя друг другу в глаза…
Саша внимательно читал и перечитывал книги, которые подарила ему Катя, пытаясь найти хоть какие-то объяснения непонятным явлениям, которые происходили здесь на острове. Но только еще больше запутывался. Тогда он обратился за помощью к голосу, о котором ненадолго забыл.
– Что вы скажете мне по поводу вещих снов, мой невидимый собеседник?
– Скажу, что они есть. Сны, предостерегающие людей, существуют. Но не все верят снам, не все прислушиваются к предостережениям, – ответил голос.
– А почему мне не снятся сны? – спросил Саша.
– Зачем сны тому, кто может грезить наяву? – голос улыбнулся.
– Объясните, что это значит? – Саша насторожился.
– Подумайте о чем-нибудь и посмотрите на линию горизонта, тогда все поймете, – снисходительно пояснил голос.
Саша со вздохом вспомнил дом, маму и тут же увидел, что мама стоит на пороге их дома и пристально всматривается вдаль, пытаясь кого-то увидеть.
– Мама, я здесь, – закричал Саша и замахал рукой, чтобы мама заметила его.
Но она никак не отреагировала. Тогда Саша выбежал из дома на берег и увидел, как гигантский кальмар погрузился в океан. Раздосадованный случившимся Саша вернулся в дом.
– А моим близким снятся сны? – спросил он, глядя себе под ноги. – Я им снюсь?
– Да. Вы по ночам всех мучаете, – ехидно сообщил голос.
– Я? – испугался Саша. – Но, разве это возможно? Я же так далеко от них…
– С чего вы взяли, что находитесь далеко? Вы совсем рядом с ними. Даже ближе, чем могли бы подумать. Вы в том же месте, где они, только в другом измерении…
Страшный гром заставил голос замолчать. Небо почернело, а на горизонте вдруг вспыхнуло необыкновенно яркое северное сияние.
– Мне дали ответ на один вопрос. Я нахожусь в другом временном измерении. Значит, существуют временные дыры. А о них можно узнать из Катиных книг, – подумал Саша и направился к книжному шкафу.
Но увидел, что вместо книг на полках стоят человеческие черепа. Саша, резко повернувшись, вышел на улицу. Его трясло от злости и бессилия. Он неимоверным усилием воли заставлял себе не разразиться ругательствами в адрес ненавистного Ротоберга. Саша был уверен, что это он, мерзкий паук с жирными толстыми пальцами, унизанными перстнями, виновен во всем, что произошло с ними. Саша уселся в кресло-качалку, сжал кулаки. Так он пытался справиться с возрастающей ненавистью. Непонятно откуда прилетела голубая стрекоза и села Саше на руку. Он хотел смахнуть ее, но стрекоза улетать не желала. Саша подул на нее, но и на этот раз стрекоза не улетела, лишь повращала огромными глазами. Саша еще раз тряхнул рукой, стрекоза осталась на месте.
– Перестаньте сердиться. Думайте о хорошем, – необыкновенно нежным голосом проговорила стрекоза, когда Саша поднес ее к лицу, чтобы лучше рассмотреть. – Он питается вашей ненавистью и страхами. Ему доставляет удовольствие ваше раздражение. Он хочет, чтобы вы злились все больше и больше. Лучше для вас – не злиться, всегда думайте о хорошем.
Стрекоза взлетела с Сашиной руки. В тот же миг яркое пламя охватило ее голубое тельце. На землю упала горстка пепла.
– Негодяй! – закричал Саша, пытаясь подняться. Но невидимая сила крепко вдавила его в кресло, не давая возможности шевелиться. Реальные веревки начали связывать Сашу по рукам и ногам.
– Пустите меня, – кричал Саша, извиваясь всем телом.
