Саша поднял голову и замер. В небе извивался гигантский змей, опоясанный ослепительно желтыми и красными лентами. Он то завивался спиралью, то, переворачивался, делая выпады вперед своей огромной головой, будто сражался с кем-то невидимым. Потом змей превратился в стрелу и исчез за горизонтом.
– Что это было? – спросил Саша.
– Северное сияние, – ответила Катя бесцветным голосом. У Саши возникло впечатление, что ей этот змей уже наскучил.
– И часто змей здесь сражается? – спросил Саша, наблюдая за Катей.
– Частенько, – она зевнула, прикрыла ладошкой рот. – Извините…
– Я так понимаю, что пора на берег, да?
– Да. Вода меня убаюкивает, – призналась Катя, с трудом подавив очередной зевок. – Я больше люблю летать. Хотите, полетаем?
– «Рожденный ползать летать не может». У меня крыльев нет. Не выросли еще пока, – усмехнулся Саша.
– Вам и не нужны физические крылья. Достаточно, чтобы у вас была крылатой душа, – пояснила Катя. Она подняла руки вверх и пропела:
– Бросайте весла! Почувствуйте ветер. Дышите глубоко. Отведите руки слегка назад. Ни о чем не думайте. Ничего не бойтесь. Пусть вас манит высота. Стремитесь вверх, туда, где кувыркался огненный змей. Вот сейчас будет сильный воздушный поток! И…
Саша почувствовал, как лодка ушла у него из-под ног. Поток ветра подхватил его, точно сухой листочек, и понес вверх, то подбрасывая, то заставляя кувыркаться вверх ногами. Катин смех звенел колокольчиком то тут, то там. Саше же было совсем не до смеха. Он пытался сообразить, где небо, где земля. А ветер кружил его и нес в неизвестность. Саша чувствовал себя оторвавшимся от ветки листочком. Листочком, который радуется тому, что научился летать, что сумел оторваться от дерева, неподвижно стоящего на одном месте. Неожиданно для самого себя Саша понял, что люди тоже стараются оторваться, улететь, убежать как можно дальше, чтобы почувствовать свою самостоятельность, свою значимость и обрести свободу. Но, в конечном итоге, все они барахтаются вверх тормашками, как листья, сорванные ветром, и не могут найти спасения, не знают, где земля, где небо…
Когда они приземлились Саша признался с долей грусти:
– Я кое-что понял, Катя… Я понял, почему мы сюда попали, – Катины глаза сделались совсем темными. – Нам хотелось свободы. Нам хотелось показать свою силу, храбрость, независимость. Мы думали, что знаем все, что можем все. Но… мы, к сожалению, очень сильно заблуждались. Наш юношеский максимализм не имеет ничего общего с настоящей жизнью, с испытаниями, к которым мы еще не готовы… Вот и получается, что все, произошедшее с нами, – это расплата. Плата за наше заблуждение… Но… Возникает вопрос: не слишком ли это дорогая цена? Ведь мы платим своей жизнью! Жизнью!!!
– Не кажется ли вам, молодой человек, что за все ошибки, которые совершает человечество, пока еще нет другой платы, да и вряд ли она когда-нибудь появится? – загремел голос Ротоберга.
Саша увидел, как этот ненавистный ему гигант спускается по огромной лестнице откуда-то с неба. За Ротобергом семенила Аделаида, подавая какие-то знаки. Катя побледнела и замерла в странной позе.
– Возможно, вы правы, – ответил Саша. – Но я еще слишком молод, чтобы дать утвердительный ответ на ваш вопрос. Отпустите меня, чтобы я смог…
– Чтобы вы окунулись во вселенское зло с головой? – расхохотался Ротоберг. – Нет, нет, нет и нет… Вы нужны нам юным человеком, не испорченным ложной философией свободы, равенства и братства. Ваша честность и чистота заслуживают похвалы. Поэтому-то мы и спасаем вас от зла!
– Вы меня спасаете от зла? – задохнулся от возмущения Саша. – Да кто вас просит это делать? По какому праву вы распоряжаетесь моей жизнью?
– Вы нам дали это право, попросив нас о помощи, – улыбнулась Аделаида, высовываясь из-за плеча Ротоберга.
– Я? Когда? – заорал Саша.
– Когда были на реке, – ответила Аделаида.
– Нет… нет, нет, мы не просили вас нам помогать. Мы попали в мертвую зону… Мы…
– Мы все про вас знаем, успокойтесь, юноша, – перебил его Ротоберг. – Смотрите, что могло бы с вами произойти, если бы мы не вмешались и не защитили вас.
