— Там было множество фотографий комнат замка, — продолжал Томми, — и диаграмма, на которой показано расположение большинства комнат. Месяца два назад папа… — Он вдруг нахмурился, воспоминания прошили болью мозг, исчезли в тумане забвения. Он постарался ухватить хоть что-нибудь из них, пока они все не исчезли. — Папа… отвез меня в замок… в воскресенье. Но мы не могли проехать до конца, потому что дорогу перегораживала цепь. Но я помню, я видел замок сквозь деревья, наверху…
Он вдруг заморгал, словно его ослепил яркий свет.
— Голубой «пейсер»! Мой папа ездил на голубом «пейсере»!
Воспоминания возвращались яркими картинами-взрывами сквозь темнейшую из ночей. Домик на улице, состоявшей из таких же аккуратных оштукатуренных домиков. Пламя спички, осветившее жуткие бледные, как у мертвецов, лица. Бетонный мастодонт, сражающийся со смолой в озерце-ловушке. Ухмыляющийся темноволосый юноша, нависший над Томми. Еще кто-то — другой юноша, крупнее первого… Он падает спиной вперед в цепкую черную жижу смоляного озера. Он кричит. Томми почувствовал холодную испарину на лице.
— Кажется… что-то нехорошее случилось с папой и мамой. Я убежал, потому что… там были вампиры, и…
Лицо его вдруг сморщилось. То, что произошло, было слишком ужасно, чтобы вспоминать.
Палатазин положил ладонь на плечо мальчика.
— Все уже позади, сынок.
Томми грустно посмотрел на него, по щекам его катились слезы.
— Нет! Вампиры захватили папу и маму! Я знаю! Вы хотите уничтожить короля вампиров, да?
Палатазин кивнул. Он едва ли не впервые в жизни видел такие полные твердой решимости глаза, как у этого хилого на вид мальчишки.
— Это король вампиров дает им всем силу и организует ее, — сказал Томми. — Если вы его убьете, остальные растеряются, не будут знать, что делать. Они слишком неорганизованны, чтобы действовать самостоятельно. Так было в «Полуночном часе», фильме, где как раз снимался Орлон Кронстин в роли графа Дюпре. Профессор Ван Дорн нашел его в руинах аббатства и… — Он уныло замолчал. — Ведь это был только фильм, — прошептал он. — На самом деле этого не было.
— Я возьму твой рюкзак, ладно? — сказал Палатазин немного погодя. — Чтобы нести колья.
Томми кивнул в знак согласия. Палатазин выложил все вещи из рюкзака и начал складывать в него колья.
— Вот спички и баллон аэрозоля, — сказал Томми. — Из них можно сделать что-то вроде огнемета.
Палатазин немного подумал и положил спички с баллоном обратно в рюкзак. Туда же он положил шесть кольев, еще три — в карманы по бокам. Едва-едва оставалось место для молотка.
— Вы его не так-то быстро найдете, — сказал Томми. — Король вампиров наверняка надежно спрятался в одном из подвалов.
— В одном из подвалов? — Палатазин нахмурился.
— Да, ведь в этом замке больше сотни разных комнат и два обширных подвала. Места там достаточно, чтобы как следует укрыться. И легко заблудиться человеку, не знакомому с замком. Вы можете даже не найти обратной дороги.
Палатазин бросил взгляд на Джо. Вид у нее был ошеломленный — пора прекращать с этим потоком «приятных» новостей. Снаружи тускнел темно-янтарный свет дня. Палатазин глянул на часы — стекло треснуло, песчинки набились под него, закрывая циферблат. Он помнил, что в последний раз смотрел на часы, когда проснулся, за два часа до рассвета. Очевидно, он их разбил, доставая колья из багажника. Стрелки остановились на 10.50. Время словно замерло.
— Я могу помочь вам войти и выйти из замка, — сказал Томми. — Всех вы все равно убить не сможете. И если они застанут вас, то разорвут на куски.
— Нет. Ты останешься.
— Но ведь я в самом деле могу вам помочь!
Томми поднялся. Голова у него кружилась, зрение временами затуманивалось, предметы теряли четкость очертаний, но он заставил себя стоять ровно.
— Я знаю замок изнутри!
— Ложись обратно, сынок, — спокойно сказал Палатазин с железной твердостью. — Ты еще не в том состоянии, чтобы куда-то идти.
Он перебросил через плечо рюкзак, потом перенес ремень через голову так, что рюкзак теперь удобно висел на боку. Пора было прощаться.
— Как вы думаете идти? — спросила Гейл.
— Самым коротким маршрутом, насколько это возможно. Дойду до авеню Ла-Бреа… Это всего пара кварталов отсюда на запад, и направлюсь на север, через Голливуд.
— Это довольно длинная дорога, — сказала Гейл. — Четыре-пять миль, самое меньшее.
— Прошу вас, — он улыбнулся с показным оптимизмом. — Я и так трясусь от страха. О’кей?
Палатазин посмотрел на Джо, он знал, что она очень старается держаться сейчас храбро.
— Ну что же, — он весело пожал плечами. — Пора. И кто бы мог вообразить, что солидный полицейский с солидным брюшком, протиравший штаны за своим столом, когда-нибудь отправится охотиться на вампиров, а? — Он обнял Джо одной рукой. — Все будет отлично, — шепнул он ей на ухо. — Вот увидишь. Я покончу с этим, и мы снова будем вместе. — Он посмотрел на Гейл. — Помогите мне, пожалуйста, обернуть голову и закрыть рот тканью.
