И вдруг в месте, куда погрузилась круглая вещь, тронутая вниманием Разата, начинает бить гейзер сине-фиолетового искрения, которое мгновенно расходится по разуму энку-кромраха, пробуждая его от мертвенного сна.
Растущее давление искрящего оргона выталкивает сознание Разата вверх, туда, где его тело удовлетворенно улыбается во мраке заброшенной тренировочной камеры.
– Еще раз, мама. Пожалуйста. Прочти еще раз.
– Опять?! А тебе не интересно, что будет дальше, что скрывается за той дверью на дне кроличьей норы?
– Еще нет.
– Тогда, может быть, мы хотя бы закончим первую главу, а?
– Почему для тебя это так важно?
– Но Зельда, дорогая, дело не во мне, а в тебе. Это замечательная история. Я так хочу, чтобы ты успела познакомиться с ней, пока…
Алиса с трудом подавила рыдания. Болезненный спазм в горле лишил ее дара речи. Казалось, в пищеводе застрял жесткий камень. Она знала, что никогда не смирится с тем, что происходит с Зельдой, и того, что, по словам врачей, должно случиться… Но вот уже несколько недель она отчаянно надеялась хотя бы отчасти принять неизбежное. Она старалась. Она очень старалась. И не хотела признавать, что у нее не получается, и с каждым днем ей становится все хуже и хуже.
Так же, как и Зельде, но по совершенно иной причине.
А Зельда видела, что мама становится все слабее, и понимала, что должна ей как-то помочь, так как без ее поддержки мама не справится и сломается так же, как и папа, который почти перестал ее навещать. А когда он всё же приходит в больницу, слова застревают у него в горле, и большую часть времени он только стоит над ней со слезами на глазах, отрешенный и разбитый болью, от которой нет лекарства.
Зельда прижалась к маме.
– Ну, хорошо. Тогда прочти мне это начало еще раз. Еще один, последний раз. А потом и все остальное. Нормально. По очереди. Страница за страницей. Думаю, у меня еще есть достаточно времени, чтобы узнать конец этой истории.
Алиса вытерла слезы.
– Конечно, дорогая, конечно.
– Так что? Прочтешь еще раз?
– Разумеется, но ты не воспринимай это так, будто я тебя заставила. Я не это имела в виду, и прости, если…
– Нет, нет, все в порядке, ты права, мама, нет смысла затягивать с этим, пришло время войти в Страну Чудес.
Алиса погладила Зельду по лысине, отливавшей пергаментной желчью. Она сделала это с такой нежностью, словно боялась, что прикосновение может ухудшить ее здоровье. Затем вернулась к началу книги и начала читать. С каждой последующей фразой голос Алисы становился все свободнее и решительнее. Она с легкостью увлеклась чтением и позволила своему вниманию следовать за повествованием. Это успокаивало нервы и помогало забыть о том, что вызывало черный ужас. Алиса читала.
Алисе наскучило сидеть с сестрой без дела на берегу реки; разок-другой она заглянула в книжку, которую читала сестра, но там не было ни картинок, ни разговоров.
