Ониксовый шторм полностью

Я поскользнулась на плитке, переступила мокрыми ступнями, а потом под ними не осталось ничего – он поднял меня к своей груди. И от ощущения моей голой груди на его мокрой коже я выдохнула ему в губы.

Ксейден издал стон, подхватил меня одной рукой под задницу, а я обвила ногами его талию. Перед тем как скрестить лодыжки, я столкнула его полотенце на пол, и больше между нами не было ничего, и он целовал меня до безумия, лишая логики и заменяя ее чистейшим желанием.

Наши губы сталкивались вновь и вновь, без всякого изящества или мастерства. Флирту или играм места больше не было. Нет, только голод и наглое, голое требование. Это охренительно идеально, необузданно – абсолютная жадность.

Все вокруг сдвинулось – а может, только мы. Так или иначе, освещение изменилось, а я вдруг оказалась на краю небольшого столика в нескольких шагах от окна спальни. Я оторвала губы от губ Ксейдена, чтобы узнать, где мы, но он тут же поймал меня за подбородок и притянул обратно.

– Нас никто не заметит. Я проверял, – успокоил он и вновь с головой отдался поцелую, одним движением языка убрав из моих мыслей все возражения.

Минутку. Он проверял. Он к этому готовился.

О боги, наконец-то все может случиться.

Во мне пронеслись жар и вожделение, оживляя и оголяя каждый нерв. Мне даже казалось, что прошло не шесть недель с тех пор, как он был надо мной, подо мной, во мне, – казалось, что прошли целые годы.

Ксейден накрутил мои мокрые волосы на руку, потом мягко оттянул мою голову назад, прерывая поцелуй и теперь лаская губами мое горло. Каждое его касание отсылало разряд абсолютного «ДА» по моей спине, а те быстро набирались в ноющий клубок «пожалуйста» у меня между ног.

Мои пальцы зарылись в его волосы, когда я изогнулась в ожидании большего, тихо всхлипнула, когда он ответил, искусно со мной играя. Он пользовался твердыми губами, мягким языком и колючей щетиной в полную силу, и вскоре мне уже казалось, что он может вышибить из меня молнию одним поцелуем в шею.

– Обожаю твою кожу, – сказал он, продвигаясь к ключице. – Ты такая мягкая.

Мое сердце гулко стукнуло, руки опустились на мощные плечи Ксейдена, гладя его теплую кожу. Я хотела уложить его на эту постель и облизать каждый бугорок мышц, который он последние шесть недель скрывал от меня, – но я все-таки не собиралась его прерывать ради смены позы.

Он отпустил мои волосы, обхватил обе груди ладонями. Я прерывисто дышала, а он начал дразнить языком и зубами левый сосок. Твою мать, как же хорошо. Мое тело изголодалось по его прикосновению – и нужны были все силы, чтобы удержаться от громкого стона, когда он перешел ко второй груди.

– Ш-ш, – шепнул Ксейден с игривой улыбкой. – Мы же не хотим, чтобы кто-нибудь услышал.

Эта улыбка меня и добила – страх на грани исступления прорвался сквозь туман удовольствия.

– Ты не можешь меня просто дразнить! – Я замотала головой.

Его руки сдвинулись ко мне на бедра, и он встал во весь рост, наморщив лоб, пока его красивые глаза наполнились непониманием.

– В смысле, конечно, можешь, – тут же выпалила я, уронив руки на столик. – Просто я хочу тебя. Ты мне нужен, и мне трудно соблюдать наши правила про отказ от секса, и если ты меня только дразнишь…

И он, сука, усмехнулся, и я уже подумывала, не вернуться ли к ножеметательному периоду наших отношений.

– Здесь нет магии.

– Да, знаю. – Я сложила руки под грудью и хотела сдвинуть ноги, но между ними стоял он.

– Здесь нет магии, – повторил Ксейден, опуская голову и легонько касаясь губами моих. – Я могу трахаться с тобой, сколько мы хотим, сколько ты выдержишь… и не потеряю контроль.

– А. – И все мое тело натянулось туже тетивы, дыхание перехватило. – А.

Он провел большими пальцами по внутренней стороне моих бедер и встретился со мной глазами.

– Тебе это интересно?

Я пробежалась языком по своей нижней губе, и его руки дрогнули.

– Только если тебе интересно. Я… – Я сглотнула. – Я просто не хочу вынуждать тебя делать то, чего тебе не хочется.

Ксейден взял меня за руку и положил мои пальцы на свой твердый член.

– А тебе кажется, что не хочется?

Я машинально сомкнула пальцы, и Ксейден издал низкий стон, прикрыв глаза. Мое тело словно сжалось от того, насколько он горяч, насколько мощен, насколько идеален.

– Блядь, Вайолет, если ты это повторишь, мы останемся без секса. – В глазах Ксейдена, когда они открылись, читалось отчаяние, и он зашипел сквозь зубы, отводя мою руку прочь. – Поверь, я держал тебя на расстоянии ради тебя же, не ради меня. Я хочу тебя с той секунды, как просыпаюсь, до секунды, когда засыпаю. Ты мне снишься.

Мои губы приоткрылись, тепло разлилось по моей груди.

– Я люблю тебя.