Рядом с этой колонной стояла скульптура богини – сияюще-серая, высотой до нижней части крыши. Данн держала в левой руке меч, направленный в нашу сторону, а в правой – щит, закрывавший правый угол храма. Длинные волосы богини были уложены в косу, свисающую с плеча, а одета она была в длинный подпоясанный балахон с металлическим нагрудником.
– Ого, – шепотом поразилась Кэт.
За нами в кольцо вошли солдаты в форме, занимая позиции по краям площади, а мы тем временем приближались между террасами к стенам храма из темного камня.
На ступенях храма стояли служители в голубых рясах, и тут мои шаги замедлились.
У них у всех были серебристые волосы.
Не седые.
Не белые.
Серебристые.
– Тебе нехорошо? – шепотом спросил Ксейден.
– Нет, – ответила я.
Пока мы шли навстречу служителям, мой взгляд метался от одного к другому. Они были разного пола, роста, телосложения и цвета кожи, но их волосы были такими же одинаковыми, как и цвет ряс.
Одна из служительниц на вершине лестницы хлопнула в ладоши, и из-за статуи Данн выскочила стайка детей в светло-голубых туниках и помчалась вверх по ступенькам. Мой взгляд остановился на последней девочке едва ли десяти лет от роду. Темная коса с серебристым кончиком покачивалась у нее за спиной, пока девочка подхватывала на руки ребенка помладше и забегала внутрь храма.
У меня перехватило дыхание.
– Вайолет, – прошептал Ксейден, – ее волосы…
– Вижу.
Я пошатнулась, и он поддержал меня, приобняв за поясницу.
Я жила на свете уже двадцать один год, но еще ни разу не встречала никого с волосами, подобными моим. Неужели и у этой девчушки кончики волос неизбежно окрашивались в серебро, как бы коротко она их ни стригла? Подводили ли ее суставы? Ломались ли ее кости? Мне нужно было это узнать.
Кавалерийский капитан прокричал что-то со стены, и над нашими головами пролетел Тэйрн. Все служители разом выхватили клинки, и я вышла из уходящих в штопор раздумий.
– Он сказал: «Я их привел», – перевел стоявший слева от Ксейдена Даин.
Мы выстроились в прямую линию на краю того, что выглядело как театральная сцена. Или зал инструктажа.
Заскрипел металл, и над самым высоким проходом слева от нас медленно поднялись ворота. Мгновение спустя из туннеля вышли двое.
Мужчина средних лет с седеющими волосами и смуглой кожей носил ту же серебряную форму, что и стражники. Стоявшая рядом с ним светлокожая пожилая женщина была одета в длинную светло-голубую рясу храмовой служительницы, а с ее пояса свисал меч.
Ее прищуренный взгляд скользнул по нам и остановился на мне. Генерал громко сказал что-то на аннбрише.
– Он говорит, что он – командующий стражей. Спрашивает, действительно ли мы просим аудиенции у их королевы, – перевел Даин.
– Скажи им, что это действительно так. И мы последуем всем их обычаям ради этого, – ответила я, взмолившись Данн, чтобы Ксейден действительно был готов пойти на это.
Даин медленно перевел мои слова. Пара начала спускаться по ступенькам, к ней присоединился капитан кавалерии. Капитан что-то доложил, и губы генерала сложились в узкую линию. Он вытащил кинжал и разрезал наплечные ремни на кожаных доспехах капитана.
Зеленая кожа упала на ступеньки, и капитан понурил голову.
– Кажется, его понизили в должности, – прошептала Кэт, стоящая справа от Аарика.
– Понятно без перевода, – согласился он.
Командующий продолжил спуск. Его голос гремел по всей площади и эхом отражался от каменных стен. Даин переводил так быстро, как только мог.
– «Все, чего мы можем добиться, – это смерть, но…» – Даин запнулся. – Проклятье, кажется, он велел выставить самых сильных наших воинов, чтобы они доказали, что мы достойны говорить с их королевой.
Ксейден кивнул:
– Скажи ему, что я готов.
Даин перевел, и командующий дважды хлопнул в ладоши. Из туннеля вышли трое. И пусть их руки были пусты, мое сердце сжалось. Женщина посередине была ростом с Сойера, если не с Даина, а гигантские мужчины по обе стороны от нее возвышались над ней так же, как Ксейден надо мной. Кажется, это были близнецы.
