– Связывать свою жизнь с жизнью другого существа, особенно такого хрупкого и уязвимого, как человек, кажется весьма опрометчивым решением. – Он нахмурил брови. – Вы уважаете своего грифона за принятое им решение?
– Я уважаю ее за то, какая она есть, и доверяю любым принятым ею решениям, – ответила Кэт. – Грифоны и та жертва, которую они принесли, связав свои жизни с людьми, помогли нам выиграть Великую войну и пережить столетия войны после.
– Вы говорите прямо как особа королевских кровей. – Наири с прищуром разглядывала Кэт. – Талия говорит, что вы стоите в очереди на престол Поромиэля.
– Если королева Марайя решит не заводить детей, то после нее трон перейдет к моему дяде. А после него прекрасная королева получится из моей сестры. – Кэт вновь взяла в руки нож и вилку, словно бросая вызов своим собеседникам.
Наири перевела взгляд на Ксейдена, а затем на Аарика.
– За этим столом собралось так много особ королевских кровей. Так много потенциальных союзов. Почему вы не заключили династические браки между собой? Это же так глупо… Ведь вы могли бы обеспечить лучшее будущее и родить наследников, которые объединили бы ваши королевства.
Курица застряла у меня во рту. Во взгляде Миры читался невысказанный вопрос: «Ты можешь поверить в то, что несут эти люди?» – и это меня успокоило.
– Королем станет мой брат, – ответил Аарик, спокойно разрезая курицу, словно это был совершенно обычный ужин. – Пусть и ужасным. Наследники и союзы – не моя забота. Я буду сражаться на этой войне и, скорее всего, на ней и погибну. Но я умру, зная, что пожертвовал своей жизнью ради защиты других.
– Честь никогда не была ровней мудрости. – Наири вздохнула и перевела взгляд на Ксейдена. – А у тебя какое оправдание? Мы еще несколько месяцев назад узнали, что тебе вернули титул.
Получалось, до них доходили последние новости. Они знали о восстании. О казни Фена. Я сделала глубокий вдох, чтобы охладить мгновенный яростный гнев, обжегший мне горло. Я наградила Талию совсем не дружелюбным взглядом. Она знала и все равно оставила Ксейдена там и даже не попробовала вернуться.
Не убирая руки со спинки моего стула, Ксейден ткнул вилкой в ломтик картошки:
– В таком случае вы должны знать, что я не принц, а герцог.
– Тиррендор – крупнейшая провинция Наварры, – пояснила Талия, поспешив на выручку сыну. – Бо́льшая часть его территории лежит за пределами действия защитных чар, поэтому преданность тирцев короне всегда была… не такой сильной, как у жителей других провинций. Меня совсем не удивит, если в ходе этой войны Тиррендор вернет свою независимость, вот почему был проговорен пожизненный союз. – Она перевела взгляд с Ксейдена на меня, ее улыбка померкла. – Но ты не…
Все уставились на Ксейдена. Он положил в рот кусочек картофеля, медленно прожевал и проглотил.
– Я не обязан посвящать тебя в обстоятельства моей личной жизни.
Талия вздрогнула, затем сложила руки на коленях и переключила все внимание на Кэт.
– Да ради всех богов! – воскликнула та, вновь бросив приборы на тарелку. – Я сказала «да», он сказал «нет». А затем он повстречал Вайолет, и теперь они вместе. И так уж получилось, что они – сильнейшие всадники на Континенте, так что с этой точки зрения их союз даже выглядит мудрее. Если они захотят, они смогут спалить весь Континент и отстроить его заново так, как пожелают нужным. И кроме того… я повстречала кое-кого другого.
Мою грудь сдавило от чувства удивленной благодарности, но, когда я посмотрела на Кэт, та лишь закатила глаза.
– Разорвать такой выгодный союз выглядит крайне… – Наири посмотрела на Ксейдена и покачала головой. – Неразумно.
Твою ж мать.
Ужин комом встал у меня в желудке. Они оценивали не наш интеллект, они анализировали наши жизненные выборы.
– Но это легко исправить, – произнес Фарис, посмотрев на Рослин и Наири. – Это бы стало проявлением куда большей мудрости и преданности своим титулам, если бы они, скажем, заключили брачный контракт на три-четыре года.
Рослин кивнула:
– Этого хватит, чтобы обеспечить Тиррендору наследника и добавить в его жилы поромиэльской крови.
«Кажется, меня сейчас стошнит».
Гаррик саркастически рассмеялся:
– Если родословная автоматически приравнивалась бы к верности, мы бы не сидели здесь сейчас как на допросе. – Он взглянул на Талию: – Ксейден же твой сын, верно?
Она молча допила свой чай.
– Брачный контракт был бы самым мудрым решением, – согласилась Наири, проигнорировав слова Гаррика. – Мы можем провести все необходимые юридические процедуры завтра утром в храме. А уже днем мы, без сомнений, услышали бы просьбу о помощи в их войне.
За моей спиной скрипнуло дерево.
– Готовьте бумаги, – велел Ксейден, сжимая спинку моего стула.
К моему горлу подкатила желчь. Какого хрена он делает?
Кэт резко повернулась в нашу сторону. Мира и Гаррик ошарашенно вытаращились на Ксейдена. И лишь Аарик продолжал невозмутимо есть.
Как же мне не хватало нашей долбаной связи прямо сейчас.
– Ну вот и договорились. – Фарис дважды хлопнул в ладоши. – Какое великолепное решение. Остановимся на трех или четырех годах?
