Ониксовый шторм полностью

– По крайней мере, теперь мы можем сказать, что кое-что повидали перед смертью. – Ридок хмыкнул, затем пожал плечами.

– Мы не умрем, – возразила я.

Мое желание, чтобы Ри и Сойер тоже были здесь и могли полюбоваться на иридов, могло сравниться только с облегчением, что они в безопасности.

Морда Тэйрна находилась прямо у нас над головами, на одном уровне с мордой Аотрома. Он явно был согласен с Ридоком в этом вопросе.

Андарна повернулась к нам, ее глаза светились от едва сдерживаемого возбуждения.

«Видите? Они не причинят вам вреда».

«Я вижу», – кивнула я, не желая портить ей момент.

«Ох», – выдохнула драконица справа.

«Что ты сделала со своим хвостом?» – вмешался дракон слева.

Андарна изогнула шею, чтобы проверить свой скорпионий хвост:

«Ничего. Он в полном порядке».

Я переводила взгляд от одного ирида к другому, и с каждым драконом сердце все сильнее уходило в пятки.

Они все были перьехвостами.

«Расскажи нам, что они с тобой сделали», – потребовал самый высокий дракон, стоявший в центре.

«Они сделали? Я сама выбрала себе хвост. – В голосе Андарны появились оправдывающиеся нотки. – Как и было положено мне по праву в момент перехода от юности к зрелости».

Ириды недобро замолчали.

Дракон посередине лег на песок и обхватил хвостом туловище.

«Расскажи нам, как ты пришла к такому решению».

Андарна вскинула голову, а все радужные драконы один за другим устроились на песке.

«Сейчас что, реально наступает время очешуительных историй?» – знаками поинтересовался Ридок.

«Я знаю столько же, сколько и ты», – ответила я.

Уголок его рта изогнулся в улыбке.

«Всегда все бывает в первый раз», – показал он.

Хрустнули деревья, и Тэйрн с Аотромом приняли такое же положение. И лишь мы с Ридоком стояли между вытянутыми когтями Тэйрна.

Андарна села справа от нас, ее хвост молотил по песку.

«Пока я была в яйце, я то приходила в себя, то вновь теряла сознание…»

«Похоже, мы здесь надолго», – показал знаками Ридок и плюхнулся на песок.

Я медленно повторила его движение, а Андарна рассказывала свою историю завороженной аудитории.

И только когда она дошла до описания Дня Презентации, ириды начали засыпать ее вопросами.

«Зачем вам презентовать себя людям?»

«Нет, это они презентуют себя нам, – Андарна дернула хвостом, – а мы уже решаем, позволять ли им дожить до Молотьбы или же спалить их на месте».

Все ириды ахнули, а мы с Ридоком обменялись растерянными взглядами. Похоже, эти драконы связей с людьми не формировали.

«Поскольку я – старейшая в своем роде в Наварре, никто не стал оспаривать мое право благодеяния, – с возбуждением и даже некоторой гордостью продолжила Андарна, чем вызвала у меня улыбку. – И так началась Молотьба».

Было очень интересно услышать всю историю с ее точки зрения.

«Зачем вам участвовать в сборе урожая?» – недоуменно спросила драконица слева.

«Мы просто называем так процесс формирования связей с людьми, – пояснила Андарна. – Так что я отправилась в лес…»

«Ты сформировала связь, будучи детенышем?!» – вскричал ирид справа.

Тэйрн вскинул голову: «Не смейте повышать на нее голос».

Андарна повернулась к нему и прищурилась: «Не порти мою историю».

Нашу связь обожгло обидой, Тэйрн дернулся и вновь опустил морду, прикрывая меня и Ридока.

Ай. Грудь сдавило от боли, но я не знала, что ему сказать, да ничего и не могла сказать без риска выдать содержание нашего разговора остальным.

Андарна продолжила свой рассказ. Она поведала им о Джеке и Орене, о том, как я защищала ее, о Ксейдене и восстании.

«Так что я просто замедлила время», – пояснила она, рассказывая о нападении в моей спальне.

«Ты использовала свой дар детеныша ради человека?» – уточнила драконица слева.

«Мне она не нравится», – заметил Ридок жестами.

«Мне тоже», – согласилась я.

«Ради моего человека. – Андарна склонила голову. – Она – часть меня, так же как и я – часть ее. Вы недооцениваете нашу связь».

Последняя фраза попахивала подростковой издевкой.

«Мои извинения», – ответила ирид.