И хотя продвижение неприятеля к Кровле делает невозможным размещение в Суниве полноценного отряда, мы предлагаем вам четырех драконов и их всадников. Также, во имя нашего союза, вы можете ожидать поставку нашего самого ценного ресурса – оружия, которое вы можете использовать по своему усмотрению.
Официальное послание генерала Августина Мельгрена королеве МарайеОдарила меня чем?
Я растерянно заморгала.
Ридок покосился на меня, но я лишь покачала головой и пожала плечами. У меня пока не проявилась вторая печать от Андарны.
«Ты превратила в оружие свою магию, даже свой хвост, – продолжал самый высокий ирид. – Ты превратилась в то, что мы так ненавидим, стала тем ужасом, от которого мы сбежали».
Как он посмел! От злости моя сила рвалась на поверхность.
– Она – не ужас! – Я шагнула вперед.
Чешуйки Андарны окрасились в черный, она была не в силах выслушивать это дерьмо хотя бы лишнюю секунду.
«Она – нет, а ты – да. – Ирид повернул морду ко мне. – Она лишь то, во что ты ее превратила».
Мои ногти впились в ладони, грудь сковало холодом.
«Я не понимаю… – Хвост Андарны ударил по песку передо мной, и я отступила назад, уважая ее решение говорить дальше. – Вы не вернетесь с нами? – спросила она. – Не поможете нам достичь мира, которому сами и поклоняетесь?»
«Нет! – Дракон вскинул голову, и я проследила за его взглядом. Шрадх и Сгаэль вернулись как раз вовремя, чтобы стать свидетелями нашего полного и тотального поражения. – Мы наблюдали за вами какую-то часть вашего путешествия и думаем, что вы ищете не мира, а победы».
Ирид с завитыми рогами сверлил Андарну взглядом, но молчал.
Мое сердце забилось яростнее. «О боги, это действительно происходит. Наша последняя надежда рушится у нас на глазах. Ради них мы рискнули всем, а они нам не помогут».
«Для мира нужен камень чар в Аретии, а мы не можем зажечь его без вас», – прорычала Андарна.
«Не вижу, как эта проблема касается нас», – ответила драконица.
«Вам все равно, что погибнут люди?»
Андарна подняла хвост высоко над туловищем.
«Возможно, им следует погибнуть. – Высокий дракон моргнул. – Возможно, оскверненные должны поглотить всю землю. Только столкнувшись с голодом, они смогут бросить вызов злу, которым стали. И либо они умрут и земля восстановится, либо они одолеют ту мерзость, в которую они превратились, и изменятся».
Изменятся. У меня замерло сердце.
«Как они это сделают?» – спросила Андарна.
По нашей связи мне передалась тревога Тэйрна. Воздух наполнили звуки крыльев. Ксейден и Гаррик были уже рядом.
«Возможно, их потомки смогут эволюционировать, – предположила драконица, наблюдая за тем, как Сгаэль и Шрадх приземляются у ручья в двадцати шагах от нас. – Другие прибыли. Нам пора уходить».
Нет, нет, нет!
Меня охватила паника.
Мы не можем проиграть!
Ксейден и Гаррик спрыгнули на черный песок далеко от линии прилива. Тэйрн резко повернул голову в сторону Сгаэль. Что бы он ей ни сказал, это явно удержало двух новоприбывших драконов в отдалении. Чего нельзя было сказать об их всадниках.
«Это и есть лекарство от проклятия темного заклинателя? – спросила Андарна, ее голова покачивалась в змеевидной манере. – Эволюционировать?»
Дыхание замерло у меня в груди.
Золотистые глаза драконицы сузились до щелочек.
«Нет никакого лекарства».
Нет никакого лекарства?
Ее слова ударили меня как обухом по голове, мои колени подогнулись.
«Если они торгуют своей душой, то наверняка могут и вернуть ее обратно», – возразила Андарна.
