Ониксовый шторм полностью

«Это не торговля, – наставительно заявила драконица. – Земля не удерживает душу, ведь темные заклинатели крадут ее магию. Обмен силой убивает их душу по частям, а от смерти нет лекарства».

Не сводя взгляда с иридов, Ксейден и Гаррик шли в нашу сторону. Без летных курток, к спинам пристегнуты мечи – они служили идеальным примером совершенных воинов.

Его душа не мертва.

«Скажите хотя бы: как темных заклинателей удалось одолеть в Великой войне?» – быстро спросила Андарна, понимая, что ее время на исходе.

«Очевидно, никак, раз вы здесь и спрашиваете», – ответила драконица.

Ирид со спиралевидными рогами молча наблюдал за Ксейденом и Гарриком, которые встали рядом с нами.

«Наш род определенно этому поспособствовал, – снова попыталась Андарна. – Я могу сжигать темных заклинателей. В этом ключ к победе?»

«Бесполезно. – Высокий дракон направился к воде. – Леотан, я услышал достаточно».

Второй ирид раздул ноздри:

«А я – нет».

«Они могут слышать нас через связь, – быстро знаками сообщила я Ксейдену. – Все идет не слишком хорошо».

Он кивнул.

«Не хотите ввести нас в курс дела?» – также знаками поинтересовался Гаррик, изучая склонившиеся над нами массивные головы.

«Они считают, что Андарна – это оружие, что почему-то плохо, – знаками ответил Ридок. – Они не вернутся, чтобы помочь нам, и вообще по большому счету считают, что мы заслуживаем смерти, поскольку никак не можем решить старейшую проблему человечества – как перестать убивать друг друга».

«Понял», – показал Ксейден.

«И еще для темных заклинателей нет никакого лекарства, – быстро продолжил Ридок, и я едва удержалась от того, чтобы схватить его за руки и не дать продолжить. – Их души умирают, так что вся наша затея „спасти, чтобы победить“ идет на хрен».

Блядь.

Ксейден резко отвернул голову. Андарна выпустила когти в песок.

«Ты – порождение чистой магии, – произнесла драконица с нотками грусти в голосе, – и все же насилие – это все, что ты пытаешься создать с ее помощью».

«Вы проповедуете мир, зная лишь его привилегии, – прошипела Андарна в ответ. – Вы все для меня – сплошное разочарование».

«В этом наши чувства схожи», – ответил высокий дракон.

Ну каков мудила.

Тэйрн зарычал, от его рева затрясся песок и завибрировали деревья. Андарна отступила к его правой передней лапе, ее чешуя приобрела максимально черный оттенок.

«Нам предстоит долгий полет, и здесь мы ничего не добьемся, – продолжил высокий дракон, отступая еще на шаг в воду. – Мир не был готов к тебе, и, хотя это не твоя вина, мы не можем тебя принять».

Я ахнула и схватила Ксейдена за руку.

«Что происходит?» – знаками поинтересовался Гаррик.

Может, и к лучшему, что они не слышали этого.

«Может, Леотан и считает иначе, – болтливый дракон покосился на ирида с завитыми рогами, – но большинство решило, что ты – ирид лишь по окрасу и имени, Андарна. Мы не позволим тебе посетить наш остров и не обучим своим искусствам. Мы расстаемся здесь и желаем тебе мира».

Мира?

Я покрепче сжала руку Ксейдена.

«Хотела бы я никогда вас не встречать», – прорычала Андарна.

Высокий дракон присел, затем взмыл в воздух, его чешуя мгновение померцала, а затем он слился с небом в единое целое.

– Что только что произошло? – спросил Ксейден.

– Кажется, мы проиграли, – прошептал Ридок.

Андарна опустила морду. Пронзительная агония распространилась по связи, но слезы у меня выступили, когда на смену агонии пришел стыд.

– Андарна, нет… – прошептала я. – Ты – свирепая, умная, смелая и верная. Ни в чем из этого нет твоей вины. Ты идеальна.

«Я… нет», – прорычала она, резко поворачивая морду ко мне.

«Ты не знала, что она была подростком, когда образовывала с ней связь?» – спросил Леотан, внимательно изучая стоявших перед ним четверых людей пристальным взглядом золотистых глаз.